?

Log in

No account? Create an account
Очередной пост на тему: как не переполниться в информационно переполняющем тебя мире. Пост преимущественно для того, чтобы самому понять ухваченное на самых кончиках путём его записывания и систематизации. Не исключено, что это вообще тупиковое размышление...

Решаемая сверхзадача — понять идею личного медийного фильтра, который бы отфильтровывал шум, не влияющий на существо. А для этого нужно прежде всего само это существо и сформулировать. Вот и попробую...

Как сейчас понимается, общество — это производная высокого порядка от какого-то очень примитивного фундаментального механизма, работающего на всех уровнях и во всех явлениях. Далее будем называть его базовым онтологическим механизмом или базовым онтологическим процессом - смотря по тому, какую часть — структурную или длящуюся — мы хотим подчеркнуть. Если работа этого механизма обеспечивается — явление, в котором он есть будет жизнеспособно. Если же нет, то ситуация выглядит как с вечным двигателем: всё время кажется, что существует конструкция, которая работоспособна и без этого механизма и всё время обнаруживается какое-то второстепенное обстоятельство, которое всё-таки не позволяет этого добиться…

Для начала попробуем хотя бы очертить границы области, в которой этот механизм должен содержаться методом простого логичного рассуждения над известными нам фактами и явлениями.

Фундаментальной основой жизни является диссипация энергии в процессе уменьшения материально выраженной энтропии. Столь умной фразой высказана мысль, очевидная до такой степени, что её никто не замечает — чтобы создать что-то дотоле не существующее требуется потратить энергию. Эту энергию нужно откуда-то «взять», а потом в процессе создания «потратить», т. е. привести её в состояние, уже негодное для дальнейшего её использования в «процессе создания». Энергия и энтропия в этом смысле — [про]явления одной сущности: чем более «концентрированна» энергия, чем больше процессов для которых она потенциально пригодна, тем меньше энтропия. Ну, или нам сейчас так кажется, что это одна сущность. У автора сего опуса вообще была идея попробовать показать тождественность информации и энергии строго термодинамически... но, это замечание не относится к данному изложению.

Физический процесс многослоен: энергия пара, не до конца потраченная на создание электричества, и которую уже нельзя использовать для электричества, может быть использована для отопления, и так далее — вплоть до рассеяния последних её фотонов в космическом пространстве. По этой же схеме устроена и жизнь: энергия, втекающая в живые существа используется ими для уменьшения энтропии в виде построения упорядоченных белковых структур. При этом, энергия уже негодная для использования одними существами оказывается вполне пригодной для использования существами другими — на этом обстоятельстве основано существование экологических систем. С физической же точки зрения экосистема это явление одной природы с рассеянием первоначально добытой энергии через электричество, потом через отопление и т.д.

Здесь сразу же можно отметить три обстоятельства. Первое: центральную позицию занимает понятие «существо» - это единица бытия оборудованная своим способом освоения энергии. [В этом блоге много раз всплывала тема, что взгляд на весьма многие процессы и обстоятельства зависит от того, что понимать «особью»] Существа, оборудованные не одинаковым способом освоения энергии — друг другу не конкуренты. А существа, оборудованные таким способом освоения, что «выходная форма энергии» одного является «входной формой энергии» для другого — симбионты.

Второе: позицию слева занимают «недосущества» - это явления, которые зависят от потока энергии, но, не так, как существа. Рассмотрение этой темы пока неинтересно, хотя отличия очевидны — существо может двигаться только «вперёд», т. е. либо уменьшать энтропию, либо оно перестаёт быть сущим. Недосущество же может двигаться как «вперёд», так и «назад» - примером чего являются кристаллы. Образование кристалла (и вообще самопроизвольно упорядоченной структуры из окружающего хаоса) это скачкообразный процесс уменьшения энтропии, а плавление кристалла — скачкообразный процесс её нарастания. Здесь, наверное, тоже можно сказать что-то важное, что могло бы явиться сущностной связью между ещё неживым субстратом и уже живым существом, но интереснее всего третье обстоятельство, занимающее позицию справа: совокупность существ, возникших на некотором [материальном] субстрате сама является субстратом для того, чтобы из него возникли существа ещё более высокой природы. Помня, что «существо» - это единица бытия оборудованная своим способом освоения энергии рассмотрим это обстоятельство подробнее.

Если принять, что основной энергоосваивающий процесс — это уменьшение энтропии на молекулярном уровне, то выглядит он как построение больших молекул из маленьких. Энергия расходуется на сам процесс построения (транспортировка стройматериала к месту строительства, чистая диссипация) и на создание валентных связей большой молекулы из маленьких (запасание энергии, чистая потенция). Это и есть основной процесс химико-биологической (белковой) жизни. Слева от него находится процесс уменьшения энтропии, не на молекулярном, а на ступень более мелком, атомном уровне — это создание кристалла. Что подтверждает правомерность выстраивания именно такого генетического ряда, так это существование процесса обратимой денатурации белка: порядок в кристалле может быть сломан (повышением температуры), и всегда может быть восстановлен (понижением температуры). Для белков же уже существует развилка — обратимая и необратимая денатурация, т. е. имеется качественный переход «уже не всегда».

Чтобы появился процесс справа необходимо появление «существа» - явления, которое отграничено от среды в которой обитает. Фрагмент химического механизма освоения энергии (преобразуемой в уменьшение энтропии) отграниченный от среды молекулярной оболочкой в биологии называется «прокариота» - это живая клетка самой примитивной из всех возможных конструкции. Единица, меньше которой уже невозможно. Из трёх прокариот можно сконструировать эукариоту — если каждой из деталей вменить лишь ограниченные специализированные функции, не выполняемые другими деталями: одна единица будет ядром, другая — митохондрией, а третья — базой, несущей на себе клеточную мембрану отграничивающую две названные детали от окружающей среды.

Если наша гипотеза генетического ряда верна, то должны существовать и эукариоты не из трёх, а из двух деталей. И таковые действительно существуют — это протисты Monocercomonoides у которых не обнаружены митохондрии. Пока всё верно.

Если двинуться ещё правее, то следующим уровнем будут многоклеточные существа — новое качество образуется из «много клеток однотипной конструкции», а обязательным признаком того, что это — именно «существо» является граница между ним и средой, в которой оно обитает. Примером чего является «вольвокс» - несколько десятков тысяч однотипных клеток склеенных между собой. Оставим биологам дискуссии, чем «многоклеточность» отличается от «колониальности» - чем бы это ни было, но качественный скачок в данном случае есть.

Ещё правее — многоклеточные существа с дифференцировкой клеток, т. е. существа в которых клетки не равны, а специализированы — в них появляется качество «системности», когда много деталей образуют нечто, не являющееся простой их суммой. Если такие существа чрезвычайно многоклеточны, то появляется промежуточная ступень — орган. С точки зрения нашего генетического ряда «орган» это своего рода «подсущество» - многоклеточное существо обитающее не сразу в окружающей среде, а в среде «организма». Это — чисто конструктивное, но никак не сущностное обстоятельство. Оно всего лишь вызвано обстоятельствами типа «свойства Мира таковы». Например, принудительная подача в ткани топлива и окислителя (кровеносная система) появляется потому, что скорость диффузии кислорода недостаточна, чтобы обеспечить потребности слоя клеток некоторой толщины, а толщина вызывается их физиологической функцией и уменьшить её невозможно. При этом происходит количественное нарастание функций базового процесса — химического освоения энергии, но сам базовый онтологический процесс что в отдельных клетках существа, что в его органах, что во всём существе один и тот же. Прямая аналогия с заводом, производящим продукцию — добавление на завод новых станков увеличивает производительность, но не меняет сущностное качество завода. Которое так же не меняется от того, что в «заводе» начинают выделяться «цеха» и «переделы».

Движемся далее. И обнаруживаем качественный скачок, имя которому «половой процесс». Для полового процесса нужны две особи (можно одинаковой конструкции, а можно и разных — это форма, а не сущность). И, поскольку эти две особи исчерпывают его функции (никак нельзя включить в него третью), то можно считать, что и в данном случае существует граница этого явления, отделяющая его от окружающей среды. Только это не вещественная и не пространственная, а функциональная граница. Именно поэтому мы не видим в паре партнёров, пускаемых в случку самостоятельной сущности, а она, тем не менее, есть — это потомок, в результате случки переходящий из небытия в бытие. Функция, воплощающаяся в субстанцию.

Однако, на примере полового процесса можно заметить, что начало изменяться и качество базового процесса освоения энергии. Он стал включать в себя «поведение особи» - ведь полового партнёра ещё нужно найти и заинтересовать собой. Для каких-нибудь инфузорий это может определяться просто «термодинамической случайностью» в движении молекул воды, для червей — такой же случайностью, только в движении собственного тела, однако на примере человека мы можем увидеть, сколь сложные формы упорядоченного, целенаправленного и уменьшающего энтропию поведения возможны [всего лишь] ради этого! Психоанализ вообще утверждает, что чуть ли не вся человеческая деятельность сублимацией этого стремления и является, но и это тема не данного изложения.

Следующим «явлением существа» может быть названа стая — группа биологических особей, обособленных своим поведением. То, что каждая особь из них обособлена физической границей от физической же окружающей среды теперь предполагается по умолчанию — мы перешли к рассмотрению более высокого, по сравнению с «клеткой» уровня организации «существа» для которого биологические особи являются всего лишь субстратом на котором проявляется его сущность.

Претерпел изменения и базовый процесс освоения энергии. Он всё также уменьшает энтропию, но теперь это изменение фиксируется не на уровне молекул, а на уровне явлений макромира — упорядочиваются уже они. Например, животное строит нору, протаптывает свой охотничий участок и т. д. Даже построение личинкой вокруг себя защитного кокона — это уже оно самое, упорядочение объектов макромира, а не молекул слагающих организм. Химический процесс заменился процессом, называемым «деятельность». Что важно отметить — при этом и химический процесс не прекратился. Просто он теперь функционирует всего лишь до определённого «этажа» - ниже него освоение энергии уменьшающее энтропию происходит в химической форме, а выше него — в форме результатов деятельности. Один не отменяет другого, да и нарастание свойств, приводящее к смене процесса является плавным (у организма появляется форма физического тела, что тоже может быть понято, как появление порядка на уровне макромира) — скачок происходит в голове наблюдателя, который с некоторых пор может переместить фокус своего рассмотрения на явление более высокого порядка. А может ведь и не перемещать - это свойство не явления, а наблюдателя.

И обыденное и даже отягощённое научностью сознание обычно не движутся далее, чем описано выше. Особь — предельный масштаб отдельного «существа» (которое мы определили, как нечто имеющее границу от окружающей среды и оборудованное вполне определённым способом освоения подводимой извне энергии). Есть особи, воспринимающие энергию в виде физического излучения, есть особи воспринимающие энергию в составе вещественной пищи и т. д. Но «вид» или даже «популяция», или хотя бы «стая» - это никакие не существа, а сущности какой-то совершено иной природы. Иногда в истории даже объявлявшиеся состоящими в полном антагонизме к тому субстрату, на котором они сами и обитают.

Но ведь это очевидно не так. Уже простой муравейник являет собой биологическое существо, что биологи признают: особью, оборудованной стремлением «выжить-размножиться-процвести» является, скорее, весь муравейник, чем отдельный муравей. Стремление обеспечить выживание вида лежит в основе самопожертвенности его особей. Такое поведение тоже известно биологам, например, личинки мухи лягушкоедки размножаются только в глотке лягушки. И чтобы им туда попасть самка мухи находит лягушку и начинает перед нею прогуливаться... Но, биологический вид — это никак не существо, а всего лишь абстракция существующая в голове наблюдателя.

Тем не менее, в области естественных наук свойства и закономерности хотя бы устанавливаются номотетически (отстранённо наблюдаем Мир, обобщаем увиденное, полученное обобщение нарекаем свойством Мира). В области же наук об обществе, общество — это вообще явление невесть откуда взявшееся, свойства которого определяются идеографически (придумываем себе, каким должен быть Мир и начинаем придуманное воплощать своей деятельностью, а если не идёт — объявляем Мир неправильным и призываем разрушить его до основанья).

Однако, мы с вами не связаны этими догматами и попробуем посмотреть, а что мы увидим, если общественные структуры посчитать живым существом? Принципы, как и на что смотреть сформулированы выше, кроме того, ранее в это блоге уже была сделана попытка захода на цель, которая несколько иным путём, но приводит к тому же самому выводу — общественные структуры это «субъекты» в отношении «субъект — отражение — объект». И наше изложение вполне может быть продолжено в следующем посте...
Комментарии к предыдущему посту показывают, что читатели не совсем правильно поняли задачу, сформулированную себе автором. В этом посте мы исправим это — я объясню всё на совершенно аллегорическом примере.

Представьте себе, что есть завод. Обычный такой завод, у которого есть территория, здания, сооружения, технологическое оборудование, материально-техническое снабжение, финансовая служба, персонал, дирекция и проч. Завод работает — люди ходят на работу, выпускают продукцию, получают зарплату и т.д.

Будет ли представление о том, что такое этот завод одинаковым у рабочего этого завода и у его директора? Конечно нет. Представление о заводе у его рабочего это его цех, рабочее место, производственная бригада, сменное задание, аванс-зарплата-премия. Откуда на рабочее место поступают заготовки и куда потом деваются готовые детали рабочий может и не знать. Точнее, знание-то об этом возможно, и даже поощряется дирекцией, только вот организовывать подвоз заготовок и отвоз деталей рабочий не обязан (и не получает за это зарплаты) — это делают на заводе совершенно отдельные специально выделенные люди. За провал работы которых (простой не по вине работника) рабочий не страдает в оплате.

Представление же об этом же самом заводе у его директора — совершенно другое. Во-первых, завод в директорском представлении описывается в совершенно других категориях - финансовые и материальные потоки, техпроцессы, себестоимость, производственная программа, норма прибыли и проч. Столь же отличаются и возможности рабочего и директора повлиять своим поведением — для рабочего это одно пространство возможностей и набор действий, а для директора совершенно другие. Т.е. и модель отражения и модель деятельности в головах рабочего и директора относительно одного и того же завода — и качественно, и количественно. и структурно и вообще как угодно - разные.

Скажем также, что хотя и директор и рабочий действуют, в общем-то на совершенно общую цель, директор и рабочий могут лично никогда не пересекаться и о существовании друг друга и не знать — и тот и другой друг для друга функции и должности, а не личности.

Если существует какой-либо ещё уровень отражения, например — чиновник в министерстве, то и для него модель этого завода будет совершенно иной. Например — моделью этого завода станут значения производственных показателей завода на нескольких листах бумаги за которыми даже директора, а то и рабочих может быть совершенно не видно.

Тем не менее, [китайский] рабочий совершенно объективно чувствует существование [американского] покупателя, хотя они друг друга никогда и не узнают, даже если их поставить напротив друг друга. Чувствуют просто потому, что существует некий онтологический процесс, который их связывает. Отражение этого процесса разное, иногда даже в отражениях на своих концах такое, что и не понять, что это один и тот же процесс. Но процесс этот — один, в смысле, что сущность, вынуждающая совместную деятельность вовлечённых в деятельность людей одна и та же самая. Хотя её отражение у всех разное.

[Что это за сущность и какова её природа — в этот раз оставим за пределами нашего рассмотрения, просто потому, что сейчас разговор не о том, и даже простое исследование этого вопроса — интересно и длительно. Если же в эту сущность включать и разные другие звенья, на правах промежуточных (работников транспорта, перевозящих товары из Китая в Америку), то, наверное, можно набрать материала и на целую диссертацию по онтологии]

Теперь представим себе, что завод выпускает некую конкретную продукцию. Для определённости — ртутные лампы, хотя можно и атомные бомбы и даже асбестовые коврики или многоразовые шприцы. И существует исторически сложившееся равновесие всех динамических процессов, составляющих завод — уровня зарплаты рабочих, объёма выпуска продукции, цены единицы товара и проч. Плохо это для рабочего или хорошо? А чем рабочему-то плохо? Вредное производство — досрочный выход на пенсию, льготы по охране труда . Утром — на смену, вечером — со смены домой. 25-го — аванс, 12-го — получка, лауреат квартальной премии, санаторий-профилакторий, детям — летний лагерь и зимняя ёлка. Родился, учился, женился, работал, вышел на пенсию, помер и освободил место другим для повторения того же цикла... Не нами замеченная характерная и устойчивая траектория бытия. А в пятьдесят четыре помер или в восемьдесят девять — так на то воля Божия, а не условия предыдущей жизни.

А вот теперь введём в наше рассмотрение мировую закулису мировое экологическое движение. Которое изо всех сил старается сформировать мировое общественное мнение, что ртуть — это жуткий яд. Мы не рассматриваем, насколько это - [не]обоснованное утверждение, а просто фиксируем факт, что ещё в конце 80-х батарейки системы РЦ лежали в каждом сельмаге и никого это не волновало, а сейчас уже рекомендуется при разбитии всего лишь одного ртутного градусника сразу же эвакуировать целый жилой квартал... Или такая же проблема «озоновой дыры» возникшей именно, что от чрезмерного увлечения несознательного населения бытовыми холодильниками не той химической системы...

В общем, в Мире существует некая совершенно неперсонифицируемая сила (то ли циклы Солнца, то ли планета Нибиру, то ли заговор Ротшильдов с Рокфеллерами, то ли течение Гольфстрим, внезапно устремившееся в Марианскую впадину — это совершенно неважно, важно только то что это влияние выходит за пределы психической мощности любого наблюдателя, пытающегося рационализировать его. И, как следствие, наблюдатель начинает [совершенно объективно!] воспринимать его как «реально сущее» - он просто не может отличить «вечно существующее» от «намеренно спроектированного»), которая в конце-концов добирается до упомянутого чиновника из министерства над заводом. И сила эта убедительно и по всем фронтам общественного мнения внушает «ртуть — это плохо». [Фреон — это плохо, асбест — это плохо, многоразовые шприцы — это плохо, сопротивляться интересам глобальных спекулянтов — это плохо и т. п. А уж владение ядерным оружием — это вообще онтологическое зло, не требующее никаких рациональных обоснований для того, чтобы уничтожить его навсегда даже ценою гибели всего человечества в этом процессе]

Чиновник из министерства преломляет это отражение в действие доступное ему в модели его представлений: он вводит для ртутных ламп «утилизационный сбор» - по сути, налог, увеличивающий себестоимость производимой заводом продукции.

Налог на себестоимость продукции добирается до завода и... объем продаж продукции завода закономерно падает. Ну, то есть, дирекция завода воспринимает случившееся не как акт «персонифицированного воздействия силы», и уж тем более, не как «недружественный акт именно против завода», а как «объективные условия изменились».

Во избежание совершенно ненужных дискуссий — не обсуждается «справедливость наложенных санкций», «объективность ядовитости ртути» и всякие подобные соображения. Обсуждается только то, что откуда-то из заоблачных высот, не позволяющих различить «это именно меня и не любят» или «это Бог такой злой для всех» возникло воздействие, объективно ухудшающее положение рассуждающего субъекта.

И этот рассуждающий субъект (директор завода), берёт и делает то, что в его силах — он понижает доход рабочего. Как это делается — понижением ли расценок, уменьшением ли количественного задания и проч. - второстепенные технические детали. Важно, что некая причина прокатилась в своём действии по всем уровням её отражения, и на каждом таком уровне она видится по-своему.

Вопрос — а что может сделать простой рабочий? Интересует как всё множество доступных ему и целесообразных действий, так и некий метод нахождения рабочим оптимального для него действия.

Одно из таких действий — объявить директора контрой и саботажником, вывести за сарай, да и шлёпнуть. Назначить нового директора и повторять цикл, пока положение не улучшится - метод, как давно известно, не ведущий к цели... Но вообще говоря, прежде всего обращает на себя внимание беспомощность положения рабочего: в рамках его представления о своём заводе сделать ему ничего невозможно вообще — стратегия случайных блужданий будет самой эффективной. Чтобы рабочему найти хотя бы направление выхода для себя ему надо начать мыслить в категориях директора завода, что есть частное следствие известной управленческой теоремы «никакая проблема не может быть решена на том же уровне, на котором она возникла».

Аналогичное можно сказать и про положение директора — чтобы понять, что ему делать он должен начать думать категориями министра, губернатора, президента...

Почему так? А потому, что на уровне директора видится не только рабочий, но и окружение этого рабочего (весь завод). На уровне министра видится не только завод, но и окружение в котором завод работает (вся отрасль). Иными словами, чтобы принять правильное решение о движении всего-лишь одного транспортного средства нужно анализировать обстановку обо всех транспортных средствах среди которых оно находится, т. е. всегда смотреть хотя бы одним уровнем выше, чем располагается объект управления.

Если это обстоятельство очевидно, то должно быть очевидно и то, почему я заявил, что не имею ответа на проверочный вопрос предыдущего поста «нужно ли моему ребёнку получать высшее образование» - чтобы на этот вопрос ответить нужно видеть не только ребёнка, но и ту среду в которой он станет жить, как минимум, через десять-двадцать лет... Вы точно уверены, что в этой среде «ум» будет цениться выше «силы» или «наследственного богатства» и можете обосновать почему?

Если это всё же не столь понятно, как мне думается, то попытайтесь рассмотреть более узкую проблему — а какой специальности учиться? Кем лучше быть — инженером-механиком или инженером-строителем? Которая профессия доставит её носителю бОльшие социальные возможности — парикмахера или инженера-конструктора? Можно ли сформулировать достаточно общие принципы, следуя которым можно было бы понять, какие профессии соответствуют какому историческому времени на дворе? Ну, ведь очевидно сейчас, что в начале 1920-х идти учиться на извозчика и шорника было тупиковым путём. А вот учиться на шофёра и заводского рабочего — было для того времени перспективно. Но можно ли было это из того времени увидеть? И как​?

Собственно, на этом можно закончить и аллегорию — она хорошо масштабируется. Если заменить заводского рабочего на гражданина нашей страны, то ведь ровно всё те же философские свойства и у наших политических и экономических проблем уже как общества в целом. В частности, если жизнь граждан стала хуже, то откуда уверенность, что метод борьбы с этим — вывести управляющих страной за сарай — непременно окажется действенным? Ладно-ладно — в современном цивилизованном варианте это «избрать на всенародных демократических выборах других лиц»...
Как тут внезапно выяснилось, больше года я не писал — просто буквально было не о чем. Как ударная волна следует далеко позади за сверхзвуковым самолётом, так и осознание текущих событий приходило мне сильно потом — писать о том, что поумнел?

Но, есть в нашем калейдоскопе одно событие, ещё только вырисовывающееся на горизонте, которое на всех уровнях и в самом буквальном смысле для всех людей, даже тех, кто его прямо не осознаёт, касается непосредственно. Событие 18 марта с.г.

Как ранее было обещано читателям — никакой веры, политики и агитации. Только - чистая философия и логические рассуждения. И прежде всего для себя — чтобы сложить свои разрозненные впечатления в нечто связное, что можно объяснить и рассмотреть. Да, у меня самого, как частицы общественного бытия, есть какие-то интересы, но социальная масса этой частицы так мала, а частиц таких так много, что говорить можно только о каких-то статистических характеристиках всего явления в целом, вместе со мной или без меня - разницей можно пренебречь.

С философской же стороны к этому явлению можно поставить множество интересных вопросов. Например, такой, самый фундаментальный: «Что это?» Подобно тому, как одну и ту же работу каменщика можно объявить «кладу кирпичи» и «строю дом», и у этого вопроса есть множество слоёв и смыслов. Скажем, чем по своей сути является то событие, которое по форме своего протекания выглядит, как бросание бумажечек в ящички? Может ли некий внешний наблюдатель (т. е. человек не участвующий в этом социальном явлении изнутри, наблюдающий только публичные его характеристики) хоть что-то понять? Даже и не «повлиять», а всего лишь сколько нибудь «приуготовиться к изменению своей собственной судьбы»? Примитивно говоря: чего ждать и почему именно?

Или даже ещё одним уровнем ранее — а вообще существует ли в данном случае метод, который позволит отфильтровать значащее от незначащего, построить силами одной головы, а не всей разведки Генштаба, сколь-нибудь состоятельную модель и привязать её к практике?

В предыдущем посте анонсировался метод, единственно и доступный простонародью — сопоставлять всевозможные конструкты, объявляемые из телевизора с их осуществимостью, возможной по общесистемным взаимосвязям и известным закономерностям. Т.е. когда некто демонстрирует парящий без опоры над столом кирпич — надо пытаться сначала объяснить его с точки зрения возможных известных закономерностей и только при очевидной невозможности этого переходить к рассмотрению иного пласта Бытия...

Не далее, как вчера мне подвернулся и реальный пример этого http://www.eg.ru/society/450787/ - ввести уголовную ответственность за прелюбодеяние. Следуя объявленному методу: предложение неосуществимо и принимать его во внимание не стоит. Но неосуществимо оно не по причине своей сверхблагодатности, а потому, что слишком много общественных конструкций надо изменить, чтобы оно стало осуществимым — это не реально в тех условиях в которых мы живём. Вот, когда уровень всеобщей грамотности упадёт на порядок и выключится повсеместное электричество — это может быть, но никак не ранее того.

Буквально всё, что льётся из телевизора, может быть рассмотрено через такой фильтр. И сколь-нибудь систематическое осознанное применение этого фильтра помимо воли приводит к выводу, что неосуществимо практически всё, что из телевизора говорят. Это закономерный вывод. Более того, существует и объяснение почему так, а не иначе — поскольку большинство живущих не пользуется осознанным размышлением, то телевизор всего-лишь вырабатывает условный рефлекс методом многократного повторения одной и той же мантры... А иных по устройству мозгов зрителей так мало, что вещать что-то специально для них — нерентабельно.

Поэтому мы с вами попробуем двинуться несколько иным путём. Существуют явления, которые подобно пульсарам в космосе, можно использовать для абсолютной обсервации. Например, человеку нужно есть и пить. Следовательно, с общественной точки зрения, у любого человека должен быть какой-то доход. При любой власти, при любом способе производства, при любой конструкции налогообложения — этот доход не может быть равен нулю. В разные исторические эпохи, при разных технологиях он может отличаться источником и способом возникновения — это всё и обсуждаемо, и изменяемо, и управляемо. Но доход не может быть нулевым. Да, можно сделать так, чтобы отдельного человека уморить голодом (например - запретить ему пользоваться деньгами), но эта социальная технология не может стать всеобщей. Как только определённая доля людей в обществе не сможет системно получать доход — это общество кончится. А, следовательно, и утверждение «у всякого человека в обществе должен быть какой-то доход» может в наших рассуждениях рассматриваться на правах аксиомы.

Явления точно такого же свойства и порядка можно обнаружить и в области организации общества. Более того, их можно и типизировать. Например, существование физического явления «звезда» описывается противоборством двух антагонистических сил — силы тяготения, стремящейся стянуть звезду в точку и силы давления электромагнитного излучения, стремящейся распылить звезду по пространству. В результате устанавливается некое гидростатическое равновесие, которое и описывает раскалённый газовый шар — не нулевую точку, но и не бесконечное пространство, а их соотношение во времени — эволюцию звезды. Принцип очень прост и понятен каждому. Только вот, чтобы компетентно судить о звёздной эволюции нужно иметь специализированное университетское образование…

Совершенно аналогичное замечание можно сделать и в отношении общественных процессов — чтобы судить о «71% или 72%?» надо иметь хорошее университетское образование в соответствующей области. Но чтобы судить «налево или направо?» - достаточно всего лишь здравого смысла. Принцип должен быть прост и понятен каждому. Т.е. если принцип непонятен — это не принцип. В нашем с вами пространстве Бытия присутствует огромное количество объясняющих людей (причём, личный опыт сообщает, что они едва ли не все) задачей которых является не допустить осознания принципов. Вываливается огромное количество слов, смыслов, интерпретаций, заповедей и прочего, после чего у читателя элементарно возникает переполнение мыслящего аппарата [из чего, кстати, и возникает практическое подозрение, что общественная цель всех этих объяснятелей именно в переполнении читателей и состоит].

Однако, правильный критерий как был, так и остаётся только одним: «Если вы не можете объяснить это простыми словами, вы сами не до конца понимаете» (цитата приписывается разным авторам, я не буду приводить).

Я надеюсь, что сказанного выше достаточно, чтобы читатель прикинул, чего далее ожидать... Сам я хочу получить некую систематизацию обретённых мною впечатлений и выдвинуть некоторые гипотезы, которые буду проверять в будущем своею жизнью и своими впечатлениями. И критику этих гипотез со стороны моих читателей. Интеллект — это коллективное и межличностное явление, а не психические процессы внутри одной головы.

Что будет в следующих постах. Я попробую сформулировать систему очень простых принципов. Жизнь — сильно сложнее, но в ней и участвует много больше обстоятельств мне лично неизвестных. Ввиду чего я не могу сделать прогноза которого обычно ждёт вульгарная читательская аудитория — скажем, если бы я анализировал какую экономическую жизнь, то запрос этой аудитории ко мне формулировался бы примерно такими словами: «ты нам всю эту чухню не пиши, ты скажи — вверх или вниз?». Или, в терминах нашего поста: «ты скажи за кого голосовать — за Путина или за Грудинина?». Эти вопросы — не ко мне.

Я же собираюсь написать несколько о другом — о том, чего ждать мне, простому человеку, который думает о прокормлении сегодня и о пенсии завтра вне зависимости от того, персона с какой фамилией формально будет признана победителем и почему именно. Насколько те или иные тенденции и какие именно окажутся влиятельны на жизнь простого человека.

Предположим, что я писал бы это в 1988 году. В числе моих выводов обязательно был бы вывод «беги из денег, постарайся овеществить как можно больше своих накоплений, потому, что такие-то и такие-то глобальные интересы...». Но я бы едва смог предугадать, что из всех материальных ценностей той эпохи глобальную переоценку переживёт только жильё, жилая недвижимость. Всё иное, что в тогдашней жизни представляло какую-то ценность пережило такую трансформацию системы ценностей, что сейчас ощущается какая-то фатальная неизбежность тех потерь «всего, что нажито непосильным трудом». Кто сейчас вспоминает «электронику»? А ведь тогдашний «японский музыкальный центр» стоил как хорошая кооперативная квартира...

Социально выиграл тот, кто шагнул в иную реальность, доступную ему прежде всего потому, что у него была инсайдерская информация, публично не доступная. Информация как тактическая (будет то-то и то-то, принято решение о…), так и ценностная — что, например, любой гражданский оборот (ларёк, палатка) спасёт накопленную стоимость, а разного рода тезаврация во что бы то ни было — нет. Но и это обстоятельство столь же не абсолютно — в советской жизни «он ходит в загранплавание» обладало высокой социальной значимостью, на достижение этого стоило положить всю свою жизнь, а в постсоветской жизни сколько оно стоит?

Возможно, что если бы в 1988 году мне было пятьдесят лет как сейчас, а не двадцать как тогда, то я бы и тогда мог произвести такого рода предсказание тенденций, но вот проверочный вопрос для этого тезиса. Представьте себе, что у вас есть ребёнок возраста окончания школы. Вы — простонародье, т. е. какой-нибудь «Оксфорд» или «Гарвард», или, как тут намедни писали — американская кадетская школа не для вас. Что вы ответите своему чаду на вопрос «делать жизнь с кого?»

Сам я, в возрасте, когда такой вопрос стоял передо мной сильно пролетел в тактическом смысле — я избрал высшее образование, которое в пределе могло закончиться учёной степенью доктора технических наук (и я мечтал об этом пределе, полагая его высшей степенью своей социальной реализованности). В то время, как тогда тактически правильно было бы избирать специальность экономиста, юриста, товароведа, крановщика (в баре кран открываю)… Как сейчас мне понятно, стратегически это образование позволило мне сильно бОльшую степень личностной реализованности, чем профессия бармена и вообще любая профессия погони на сиюминутным социальным успехом. Стратегического же социального успеха жениться на дочке Рокфеллера я всё равно не достиг :(

Так вот, понимая это, что можно сказать родному (всё — предельно честно и искренне заинтересованно) ребёнку — получать ему сейчас высшее образование или нет? Будет ли его собственное ощущение личностной реализованности в будущем (больше, меньше, зависит от) зависеть от наличия диплома о высшем образовании? Сможет ли он при наличии этого диплома непременно добиться социально больше (никак не меньше), чем при его отсутствии? В будущем… которое вы сейчас пытаетесь предвосхитить.

У меня нет ответа на этот вопрос...

О пользе философии

Мы живём в фантастически интересное время — перед нами, как в калейдоскопе, проходят события, которые будущие поколения будут изучать по учебникам истории. Естественно, учебникам подправленным в соответствии с идеологией будущего победителя. А мы в этих событиях живём и едва-едва успеваем осмысливать их и складывать в целостную картину. Отчасти, это и есть причина моего долгого молчания — уж больно захватывающая картина проходит перед глазами, успеть бы её ухватить…

Ценность момента в том, что если предположить, что: 1)Мир системен и не имеет разрывов в фактографии (у всякого [исторического] явления есть причины, явления не возникают из ниоткуда); 2) Природа человеческая за последние хотя бы сто лет нисколько не изменилась (людьми руководят всё те же самые страсти и цели), то например, сразу же становится видима «дырявость» учебника истории на предмет окрестности 1917 года — на Украине происходит то же самое, что происходило и в 1917 году и происходит оно не так, как написано в учебнике.

Глобальный социоэкономический кризис, как морской отлив обнажает дно, обнажил некоторые если не «пружины», то «обстоятельства», которые ранее были неизвестны широкой общественности. Например, появились вполне серьёзные публикации, что чуть ли не вся собственность Земли принадлежит всего 140 корпорациям — одно лишь конституирование этой информации в категорию «факт» уже стоит чрезвычайно дорого и должно оказать влияние на огромное число всевозможнейших выводов. Доступность информации в глобальной сети, возможность легко и быстро её достать и перекрёстно сравнить позволяет производить выводы, едва ли возможные в эпоху бумажных библиотек. Это уж не говоря о том, что в эпоху бумажных библиотек мне (например!) и вовсе бессмысленно было бы что-то писать — просто потому, что его невозможно было бы опубликовать.

Однако, противник не дремлет, утверждение Роджера Бэкона «Знание — власть» только усиливается тем, что значение собственности для обладания властью с течением [исторического] времени умаляется. А власть не должна попадать в руки тех, кто рылом не вышел! Равнозначность источников информации в интернете привела к такому явлению, как чрезвычайно простое замусоривание любого информационного повода. Стоит, как пел Тимур Шаов, одному телеканалу заявить «Тыква — это овощ», как другой телеканал немедленно заявит, что «Тыква — это фрукт». Я проверял… Да и любой читатель может сам проверить это утвержление — как только в информационное поле вбрасывается «инфоповод» у которого есть несколько равнозначных объяснений, так немедленно (с интервалом в часы-дни) все они равнозначно и будут приведены — пусть читатель видит, что в СМИ нет смещённых оценок в подаче информации и выберет то, которое именно ему нравится :)

Внимательный анализ происходящих событий и их сопоставление с предлагаемым их объяснением (я человек из простонародья, у меня нет инсайда) наводит на всё время крепнущее подозрение, что картина Мира из которой исходят лица принимающие решения (ЛПР) и картина Мира, которую СМИ пытаются донести в массы не просто различаются. Они разные прежде всего тем, что основаны на разном словаре понятий и связей между понятиями — для ЛПР словарь один (и для ЛПР разных стран и корпораций этот словарь в весьма высокой степени одинаков), а для простонародья — другой. И в силу этого обстоятельства нет способа перевести одну модель Мира в другую без складок и разрывов.

К модели Мира, являемой простонародью из СМИ не предъявляется требования быть адекватной. Простонародью же не вычислять своё поведение по этой модели — как ему устроят условия жизни, так оно и будет жить. А показать и объяснить в СМИ, что эти условия не устроены намеренно, а образовались самопроизвольно, «невидимой рукой рынка» или как-то аналогично — вообще задачка для стажёра в редакции.

Требования же к адекватности, предьявляемые к модели Мира из которой исходят власть имущие весьма специфичные. Мало того, что неадекватность такой модели грозит её носителю потерей власти. Поскольку власть имущие сражаются за власть конкурентными друг другу кланами и бандами, то какая именно модель Мира оказалась наиболее адекватной можно узнать только постфактум — победитель опубликует её, как только она перестанет быть инструментом обретения конкретной власти. Ну и, разумеется, любой носитель адекватной модели Мира всё время будет отстреливать от себя «ложные цели» - вбрасывать в информационное пространство разные куски карты той или иной степени тупиковости.

Я долго думал о том, каким манером можно продолжить ведение этого блога. Ввиду грандиозности разворачивающейся перед нами картины общественных отношений кажется как-то не очень правильным размышлять над тем, что тысячи лет стояло и ещё тысячи лет не убежит. Если уж как-то осмысливать происходящее, то будущее вершится сейчас в надличностных сферах, а вовсе не в том, как отдельная Психика отражает Реальность. С другой стороны, - как не впасть в уныние политику и прочие сиюмоментные эманации эфира?

Здесь самое время вспомнить о том, что Мир — системен, неразрывен, а человек — неизменен в своих качествах. Некто Карл Маркс сказал про это самое явление: «Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание». Поскольку сущность любого кризиса состоит в том, что люди в него попавшие хотят, но силою объективных обстоятельств уж более не могут жить по тем правилам, что существовали прежде, то любой кризис всегда фонтанирует каскадом всевозможнейших идей типа «как правильно жить дальше». Разумеется, что все эти идеи окрашены интересами соответствующих групп и кланов, разумеется, что не все они — истинные, большая их часть это «ложные цели». Однако, жить дальше надо и соответствующая работа обязательно ведётся — тому, кто первый догадается как выглядит правильное посткризисное устройство общественных отношений власть свалится в руки. Нам, разумеется, об этом не скажут, а СМИ будут озвучивать в лучшем случае проблемы, существующие у конкурентных кланов, но какая-то информация из-под закрытой крышки всё равно будет просачиваться.

Поэтому можно сыграть в интересную интеллектуальную игру — просто рассматривать вбрасываемые в публичный домен модели будущего на предмет их системности, целостности, непротиворечивости известным законам естествознания, словом — делать всё то же самое, чем мы занимались здесь раньше. Просто на несколько ином предмете...

В качестве конкретного примера технологии. Известно, что существует общественное течение, которое требует законодательно запретить: в своём мягком варианте — искусственные аборты, а в жёстком — вообще все средства контрацепции. Обосновательная база этого не важна, важно оценить насколько эта идея реализуема в современности. Хотя бы просто для того, чтобы впредь правильно дозировать степень своего внимания к ней — идея всплывает с завидной регулярностью.

Если рассматривать эту идею изолированно, а то и оценивать её с позиций какой-то этической системы, видны глубокая благодатность и высочайший гуманизм этого предложения. Но стоит только включить в рассмотрение ещё и среду, в которой эти люди живут и сразу станет понятно, что это предложение — уничтожить всех волков, чтобы все зайчики тоже могли жить... К чему это приведёт биологически — написано здесь.

Поэтому, если эти люди всё-таки продвинут своё предложение в обществе на один шаг, то следующим шагом им придётся призывать выключить водопровод и канализацию — если нет внутренней регуляции рождаемости, то поневоле придётся пользоваться внешней. А лучше анисанитарии и эпидемий с этим ничто не справится. Это не реально во всей взаимосвязи общественных явлений, следовательно и обращать своё внимание на эту идею не стоит. [хотя схема «высокая рождаемость и высокая смертность» имеет свои преимущества перед схемой «низкая смертность низкая рождаемость»]

Примерчик намеренно подобран схематично на уровне гротеска, поскольку иллюстрируется метод, но вот пример уже пореальнее и посложнее — очевидно, что обществу попавшему в трудные обстоятельства нужна некоторая объединяющая и целеполагающая идея. В числе таких идей есть «возврат к СССР 2.0». Насколько это реально? Разумеется, не в репринтном воспроизведении СССР, а в воссоздании идей и приципов на которых была основана Советская Власть. Применение того же самого метода (заведомо очищенного от идеологии, рассматриваются только системные взаимосвязи) приводит к интересным результатам... Одно из простых рассуждений в качестве иллюстрации: одним из принципов советской власти был жёсткий запрет на частнособственническое владение средствами производства. Обоснование этого не важно, важно, что человек должен был зарабатывать «своим трудом», а взамен получать из общества «предметы потребления». При этом благосостояние членов общества должно было всё время расти, так что и системного предела «личному вертолёту» в каком-то далёком будущем не было. Но система сломалась раньше на «личном автомобиле» - не оказалось никакого системного критерия, чтобы классифицировать авто между «предметом потребления» и «средством производства». Так же, как не оказалось критерия классифицировать труд сидящего за рулём «бомбилы» - это всё-таки «свой труд» или «нетрудовые доходы»? Спор этот шёл до самого конца СССР...

Конечно, точно таким же методом можно посмотреть и на соперничество «изоляционистов» и «глобалистов» - можно ли (и по какой причине) поделить «шарик» на две или более частей, в каждой из которых устроить собственную политэкономическую систему? Т.е. вернуться к геополитике конца XIX — начала XX веков...

Можно рассуждать не обязательно на уровне государств и наций, можно, например, рассмотреть домохозяйство в обществе — обязательно есть какие-то обстоятельства системного и естественнонаучного свойства, которые уже не все комбинаторно возможные варианты делают осуществимыми. Простейший же пример: в крестьянской семье каждый новый ребёнок — новый работник, гусей пасти можно и с 10 лет, т. е. с каждым новым ребёнком крестьянское домохозяйство богатеет. А в городской семье каждый новый ребёнок — ничего не зарабатывающий рот, которого нужно содержать до достижения им совершеннолетия и с каждым новым ребёнком городская семья нищает. Можно ли составить некоторый демографо-экономический баланс между городом и деревней, чтобы он был сколь-нибудь стационарен?

Словом, вариантов для возможного системного обдумывания находится слишком даже много. Я принял решение вернуться...

Модель манной каши (II)

Продолжим наши упражнения. Я должен высказать глубокую благодарность своим читателям и критикам: хотя в моём сочинении и первична тоска «не с кем поговорить на интересные темы», пишет-то автор для читателей, а не вообще в стол. И чем больше читателей и замечаний к написанному, тем больше само желание и писать и обсуждать.

Здесь же надо сказать специальное и для новых читателей — если вы чего-то не понимаете, то блог написан от простого к сложному, и всё, чего должно хватить для понимания N-ного поста, это прочтения всех N-1 предыдущих постов. Не требуется ни высшего философского образования, ни, даже, прочтения учебника. Не поленитесь сделать хотя бы это, ведь автор не поленился написать для вас все предыдущие посты?

О прошлом посте мы выяснили две вещи — зачем требуется как-то извращать свой способ смотреть, и что наш естественный, самопроизвольный, способ смотреть о котором мы и не задумываемся, вносит очень большие искажения в то, что мы видим. Если допустить, что гипотеза «мы живём в Матрице» состоятельна, то для доказательства или опровержения таковой нам требуется понимать, а в чём же эти искажения состоят и существуют ли, и какие именно, способы их компенсировать «силою ума»? Вот, этим пониманием мы в данном посте и займёмся — всё есть сложнее, чем представляют себе критики в замечаниях к предыдущему посту.

Попробуем двинуться вперёд путём аксиоматической теории. Для начала определим термин «онтологическая замкнутость», который не раз нам понадобится в дальнейшем. Представим себе некий контейнер. Мы сами находимся снаружи него и в состоянии различить две разные области - «снаружи контейнера» и «внутри контейнера». Будем называть этот контейнер «онтологически замкнутым», если попав внутри него у нас не окажется никакого способа выяснить существует ли что-либо «снаружи контейнера». Иными словами, [при пребывании внутри] наш Мир сведётся только к тому, что есть целиком «внутри контейнера», а вопрос «существует ли что-либо снаружи Мира» окажется даже не агностическим, а вовсе бессмысленным — мы просто не сможем сформулировать смысл высказывания «нечто X существует снаружи этого Мира».

Нетрудно сообразить, что известный нам Мир (Вселенная, в физическом понимании) является «онтологически замкнутым» - представляя себе «нашу Вселенную» в виде некоего [пространственно-временного] «пузыря» мы не можем вообразить себе большее, чем её вхождение в состав объемлющего, но сущностно точно такого же «пузыря». Мы можем допустить, что в соседних (siblings) нашему «пузырях» может быть и иное значение «заряда электрона», но мы не в состоянии представить себе, что «там» существует что-то качественно такое, чего в «нашем пузыре» не имеет существования. На самом кончике нашего понимания мы ещё можем абстрактно это сформулировать в виде «там, может быть, существует то, чего не существует здесь», но вот как-то определить это «то» мы уже не можем. И более того — мы даже не можем сказать, является ли эта невозможность свойством «того» или «нас самих».

Всё это предварительное определение говорится для следующего утверждения. Если допустить, что [следующее из нашего чувственного опыта] «что-то существует», то предельным нашим обобщением этого будет утверждение «существует Всё». Категория «Всё» есть предел нашего понимания, заполняющая онтологическую замкнутость нашего Мира. Если в этом Мире нечто и «существует», то оно — именно «Всё», а не что-то иное. Что это такое мы не знаем, мы вынуждены давать ему какое-то определение, отличающее его от «Ничто» именно потому, что что «Всё» - существует, а «Ничто» - не существует. Но, и только. И одна и другая категория по своей сути — абстрактные понятия. Ни одной, ни другой мы не ощущаем непосредственно, они обе — только наши предельные обобщения либо наших конкретных ощущений, либо их принципиального отсутствия.

Но, каким же образом мы можем исследовать категорию «Всё»? Ведь в это «Всё» входим и мы сами, мы тоже состоим из этой категории «Всё», сами не понимая того, как это происходит. Предельно общий известный нам метод состоит в том, что мы прикладываем к этому «Всё» модель «Я — не Я» и обнаруживаем, что некую часть свойств категории «Всё» мы можем рассмотреть как свойства «Я», а другую — как свойства «не Я» и провести между ними какие-то связи. Нетрудно обнаружить, что и сама модель «Я — не Я» является онтологически замкнутой по определению, т. е. снаружи неё ничего нет.

Исторически известны разные заходы на эту цель. «Ментальный монизм», «материальный монизм», «нейтральный монизм», «дуализм», «плюрализм» - это всё просто разные интерпретации заходов одной и той же модели. С разным выделением «причины» и «следствия», но они описывают одно и то же явление, как взгляд на один и тот же предмет «слева» и «справа». Современный «функционализм» - это тоже разновидность монизма.

Для нас же сейчас важно отметить вот какое обстоятельство. Наблюдая «Всё», и отмечая, что некое X относится к свойствам «Я», а некое Y относится к свойствам «не Я», мы, всё же, не можем провести между ними даже логически категоричной границы.

Классическая философия исходит из постулата, что материальное не сводимо к идеальному и наоборот. «Я», «Сознание» понимается безвидно и бесплотно, а «не Я», «Материя» - абсолютно косно и нерефлексивно. Но, современное наше знание об этом совсем другое, - «идеальное» присутствует и вне «субъективной реальности» и «материальное» не обязано быть именно «реальностью объективной». Ранее в блоге тому приводились примеры. Скажем, категории идеального («треугольник» и проч.) сейчас доступны не только в классическом «Сознании», но и в виде «программы кремниевого процессора» наводящего ракету на цель. А материальное запросто имитируется в ощущениях от него всякими «средствами виртуальной реальности» в симуляторах, что, собственно, и порождает в массах догадку, а не является ли и сам весь наш Мир таким симулятором?

В ходе рассуждения в посте http://jivopyra.livejournal.com/20603.html было обнаружено интереснейшее обстоятельство, я не знаю, обратили ли читатели на него внимание. А именно, мы строго логически пришли к выводу, что внутри человеческого организма мы не можем провести границы между «психическим» и «соматическим», поскольку они связаны в одно целое системой взаимных обратных связей. Материальные вещества попадая в материальное же тело порождают нематериальные сигналы, на которые реагирует «психическое». Однако, и невыносимая запредельность психического сигнала приводит к тому, что «соматическое» совершенно материально загрубляется и порождает сигнал меньшей интенсивности. По команде психического. Мы не знаем, как психическое перетекает в соматическое, но из этого факта мы уже не можем утверждать, что есть «душа», есть «тело» и одно первично по отношению к другому — они, на самом деле равны, т. е. правильнее было бы говорить, что и «душа» и «тело» есть разные проявления одной и той же сущности с неясной первичностью.

Проще говоря, мы обнаружили, что наше «онтологическое Я», то, которое присутствует как обособляемая нами часть категории «Всё» (это, строго говоря, тоже гипотеза — а часть ли?) состоит и из «идеального» и из «материального» неразделимо. Нету того чистого «Я», которым оперирует классическая философия. Одновременно, и категории идеального доступны «онтологическому не Я» без опосредования какой-то психикой — пример того, что не оборудованный психикой кремниевый процессор может вычислять понятия аналитической геометрии и целесообразно управлять материальным же механизмом производящим изменения сразу в «не Я» без их отражения в промежуточном «Я» есть очевидное доказательство этого утверждения. «Идеальное» и «материальное» и в категории «не Я» неразделимы точно так же.

При этом сами категории «идеального» и «материального» прекрасно и непротиворечиво разделяются. Наглядно это очень просто поясняется. «Идеальное» это, например, треугольник — замкнутая фигура, образуемая тремя несовпадающими непараллельными прямыми, расположенными в одной плоскости. Суть треугольника сформулирована именно в этом определении. Но в Реальности мы не ощущаем ничего такого, в Реальности мы видим формы материального носителя (линии, нанесённые на каком-то материале), которые-то, на самом деле … просто визуализируют нам эту суть. Иными словами, материя является посредником, который переводит неощущаемую нами непосредственно сущность из мира идеального в непосредственно доступные нам ощущения. Нам очень трудно вообразить себе треугольник per se, но никаких усилий не стоит понять, что это такое, увидев совокупность линий прочерченных, например, на мокром песке. И, в то же время, мы не можем сформулировать, что есть материя per se — вне каких-то форм, которые эта материя принимает мы не можем воспринять её вообще. Автор в одной книжке вычитал чудный художественный оборот «серая мглистость» - вот это что-то подобное. Желающие могут помыслить и о математике вообще — она оперирует чистым идеальным, которое каким-то непостижимым для нас образом находит подтверждение своего «объективного существования» в чисто же материальной физике. Желающие ещё больше загрузить себя могут подумать о том, что [онтологически] первично — математика или физика?

Мы приходим в какой-то странный гносеологический тупик. Ясная модель всей классической философии не описывает опыта, приобретённого человечеством за последнее время. Мы не можем исключить материального, присутствующего в «Я» и в то же время, мы не можем отказать идеальному, которое присутствует в «не Я» в одинаковой модальности с материальным. У нас получается, что некую субстанцию «Всё», совершенно изотропную (а это естественное допущение, доказывать надо как раз гипотезу анизотропии) мы условно поделили на две области «Я» и «не Я» и при этом в одной области мы не видим в этой субстанции свойств «материального», а в другой — не видим свойств «идеального». Если «не видим» это слишком сильное утверждение, то, значит, «стараемся не замечать». Но, есть ли это метод честного исследования?

Однако, можно высказаться и в защиту известного нам положения вещей. Прежде всего, кто такой «Я» мы не знаем. Бог, создавший нас, забыл нам это сообщить. И, как результат, человечество всю историю своего существования пытается это самостоятельно понять путём соотнесения своего трансцендентного «Я» с другими явлениями, которое оно понимает на данном историческом этапе его развития. Нет «ложных» онтологических теорий, есть теории,становящиеся неадекватными вследствие расширения нашего понимания той самой категории «Всё», в том числе — и слагающей самого понимающего её человека. Античная философия — так же «истинна», как и современная, чего, кстати, нельзя сказать про физику и прочие естественные науки. Вот их-то теории могут становиться и «ложными».

Мы сейчас понимаем, что наш способ отражать несовершенен. Более того, мы в состоянии назвать его [некоторые уже известные] недостатки и порождаемые ими искажения в восприятии. Ещё более того, мы уже можем соотнести и эволюцию (не просто статику а и динамику тоже) представлений «об устройстве Мира» с представлениями о находящемся внутри «Я» механизме порождения этого устройства.

Вот пример сказанного. Если мы ограничимся психологическим механизмом «непосредственного восприятия», то должны будем заключить, что каждый вечер садящееся за горизонт Солнце прекращает существование, а каждое утро восходящее Солнце начинает своё существование заново. Солнце «вчера» и Солнце «сегодня» - это онтологически разные сущности. Ночью Солнца нет, а «существует» - это то самое, что создаёт о себе ощущения. Отсюда строго логически следует, что «ночью Солнце прекращает своё существование, исчезает в Ничто».

Но, если мы включим в себе психологический механизм «представления», то мы сможем предложить другую модель Мира — Солнце не прекращает своего существования, прекращается просто поток ощущений от него, Солнце «засыпает», а потом «просыпается» в вечном своём цикле обращения вокруг Земли. Ну, а то, что именно Солнце обращается вокруг Земли — это прямо очевидно из наблюдаемого нами чувственного опыта. Сомневающиеся могут взглянуть на небо и убедиться сами.

Нам понадобятся абстрактные способности нашего ума, чтобы предположить, что это не Солнце обращается вокруг Земли, но сама Земля вращается перед Солнцем, чтобы показать эквивалентность этой гипотезы для объяснения наблюдаемого нами чувственного опыта. Социальные проблемы, бывшие у Николая Коперника сообщают нам, что ещё в недалёкие от нас средние века эти абстрактные способности были отнюдь не убиквитарны и общепризнаны. А в наше историческое время это уже и не так [хотя, как знать, не ожидают ли и нас новые Тёмные Века, ведь это зависит только от нас, а не от нашего чувственного опыта?]

Возвращаясь же к теме нашего изложения — мы сейчас пытаемся придумать «модель Коперника» в философии вместо повсеместно используемой «модели Птолемея». Наши критики в своих комментариях многое отмечают правильно — и окажется ли в этой модели сфера неподвижных звёзд неподвижной, и можно ли будет вычислять положение движущихся светил так же, как в предыдущей и т. д. Одно лишь механистическое обращение (поменять местами Сознание и Материю и подставить костыли там, где противоречия очевидно вылезли) не решает поставленной проблемы. Оно лишь просто меняет местами зеркало и наблюдателя себя в зеркале, а сама совокупная картина будет оставаться точно той же самой.

Нужно предложить не просто равносильное преобразование к тому способу видеть, который нам известен, но некоторый бОльший метод, который бы включил в себя обстоятельства, не включаемые методом прежним.

Не знаю, можем ли мы ещё «предложить», но мы точно можем уже «отметить» эти обстоятельства. Первое и очевидное - «Я» состоит не только из бесплотного духа. Материальная природа «Я» многое определяет из того, что «Я» отражает или не может отразить. Надо как-то учесть это обстоятельство, хотя бы введя граничные условия или компенсируя искажения. Второе - «не Я» состоит не только из косной материи. Явления из мира идеального (те же математические категории) так же присутствуют в нём, при этом не будучи классически понимаемой «субъективной реальностью». Надо точнее определиться с критериями, по которым мы классифицируем явления относимые к «Я» и явления, относимые к «не Я», а, может быть, нужно было бы предложить и вовсе иной метод исследования. Скажем, философия «функционализма» (в блоге есть несколько постов, написанных под углом этого метода) по способу смотреть больше напоминает физику и она кажется нам более простой для уразумения.

Наконец, нужно тщательнее наблюдать за самим процессом нашего отражения и познания, чтобы заметить самоочевидные обстоятельства, таковыми не являющиеся. Например, уже упоминалось, что наблюдатель в отношении самого себя не отдаёт себе отчёта, что он сам — существует, из-за чего вместо правильного понимания «существование — это отношение между субъектом и объектом» получается прелесть существования какого-то самоопределённого объектного Мира в который внесистемным способом потом вставляется этот наблюдатель не пойми на какой позиции. С другой же стороны, мы плохо себе представляем (и автор — в том числе), как это можно из персонального «Я» смотреть на Мир методом «субъект-взаимодействие-объект». Мы плохо это «чувственно представляем», однако, при этом, совершенно свободно пользуемся языком, единицей семантической конструкции которого как раз и является «подлежащее-сказуемое-дополнение», т. е. этот самый метод.

Ну, и под самый конец поста, обстоятельство, кажущееся автору самым важным. Полагая своё персональное «Я» в центре Мира (а по ощущениям так и есть) мы непосредственно и без всяких специальных усилий ощущаем «не Я». А вот «другие Я» мы не ощущаем. То, что они есть, и то, что они подобны нашему собственному «Я» - это вывод нашего абстрактного ума [не у всех живых организмов эти способности и вообще присутствуют]. Ощущения же от них совершенно другие: эти «Я» совершают какую-то деятельность в Реальности, и уже результаты этой деятельности в виде изменений в нашем «не Я» мы и воспринимаем сами своим «Я». Из-за этого возможно возникновение двух ошибок восприятия. Во-первых, мы можем полагать присутствие другого «Я» там, где его не было. Дерево упало «само», а мы можем думать, что некое «Я» его повалило. «Присутствие Бога» в нашей повседневной жизни это и есть эта самая ошибка. Во-вторых, мы можем полагать «само» там, где есть целесообразная деятельность других «Я». Так называемая «стратегия непрямых действий» основана именно на ошибке восприятия, уже в другую сторону.

Почему так, мы не знаем. Хотя, возможно, что это одно из самых фундаментальных обстоятельств нашего бытия, ещё более фундаментальное, чем тот же «заряд электрона». С другой же стороны, может запросто оказаться и так, что неспособность муравья понять, что он сам — отнюдь не единица бытия, что единица бытия (особь вида) есть сразу целый муравейник - это следствие всего-лишь количественной ограниченности его мозгов на данном историческом этапе эволюции категории «Всё». Для наблюдателя оборудованного значительно большими способностями психики (нас, по отношению к муравью) это очевидно. Как знать, может быть и по отношению к нам самим это тоже справедливо и существуют [такие] наблюдатели, которые видят единое человечество там, где мы сами видим только отдельные наши «Я»?

Модель манной каши (I)

Комментарии к прошлому посту показали, что большинство читателей плохо поняли стержневую мысль — зачем понадобилось обращать модель рассмотрения нашего взаимодействия с Миром. Поэтому в этом посте мы рассмотрим то же самое, но в большем количестве слов и ответим на вопрос зачем.

Сначала надо тезисно повторить, что было когда-то сказано на самой заре этого блога — наш способ восприятия Мира определяет его картинку, которую мы получаем. Это сильно не новая мысль, ещё Иммануил Кант обратил наше внимание на то, что ощущение от вещи имманентно включает в себя и нашу способность ощущать, т. е. некое свойство равно зависит и от качества вещи и от нашей способности это качество воспринять. Слепой человек не в состоянии ощутить цвета вещи, а, стало быть, не будет и считать, что у вещи есть цвет.

Из этого мы можем, во-первых, заключить, что сколько именно у вещи (Кант называет это «вещью в себе») есть «разных свойств» мы не можем сказать, может быть, свойство-то и есть, да нам по нашей конструкции не дано его ощутить. А во-вторых, нет никаких «субъектов» и «объектов» самих по себе. Есть явление «субъект-взаимодействие-объект», которое целостно. Его разделение на части нам просто кажется.

Как это ни странно, но в самом обычном, повседневном сознании мысль эта укореняется очень туго. И дело здесь в том, что наш самый естественный способ восприятия Мира «субъект наблюдает объект» оставляет субъекта за кадром. Нам кажется, что все свойства целостного явления «субъект-взаимодействие-объект» сосредоточены именно в объекте, а сам наблюдающий субъект трансцендентен. Более того — именно в процессе наблюдения объекта субъект менее всего думает о том, что он, этот субъект — существует. Для субъекта это самоочевидно и субъект полагает, что существует-то именно объект, а вопрос о статусе самого субъекта даже не ставится.

Именно это обстоятельство: непонимание того, что существование - это отношение между субъектом и объектом, а вовсе не самоопределённое состояние одного лишь объекта per se приводит к прелести материализма — к представлению, что «все умрут, а Мир так и останется, каким был». Которая афористично выражается в парадоксе «Слышен ли звук падающего дерева в лесу, если рядом никого нет?»

Всё это было подробно рассмотрено в подробностях в ранних постах нашего блога. И там же было отмечено, что можно ведь на явление «субъект-взаимодействие-объект» посмотреть и с другого «торца», т. е. сочесть трансцендентным объект. Тогда все свойства триады окажутся сосредоточенными как «свойства субъекта» и мы получим философскую доктрину именуемую «солипсизм». Не «идеализм» является антитезой «материализму», а именно «солипсизм».

Вместе с тем, мы можем отметить какую-то масштабную несимметричность этих доктрин. По приведённому выше рассуждению выходит, что солипсизм равномощен материализму в своей описательной способности, однако в жизни мы видим, что на материализме построены физика и вообще естественная наука, техника, и вся повседневная жизнь. А базой солипсизма пользуется только психология, да и то не всегда. Почему так?

Более внимательное наблюдение за собой в процессе рассуждения показывает, что не всё гладко и с материализмом. Так, при представлении любого явления моделью «Я <=> не Я» (более известной в виде интерпретации «Сознание <=> Материя») обнаруживается несимметричность категорий: категория «не Я» самопроизвольно (т. е. незаметно для рассуждающего) полагается единой (существует во всём Мире в количестве «одна штука»), зато категория «Я» столь же самопроизвольно представляется одной рассуждающей головой (существуют в Мире в количестве «много разных штук»). И для выравнивания статуса состояния категорий приходится совершать дополнительное действие — обобщать это «Я», вынося его за пределы самого ощущающего субъекта. Дескать, «Сознание» это не та конкретная искра, что обитает в каждой отдельной голове, а абстрактная категория объединяющая все головы разом. Для категории «Материя» делать этого не надо, потому, что она «по ощущениям» и так одна.

Но, во-первых, как мы обнаружили в тех же ранних рассуждениях, «трансперсональное» (то, о чём много голов согласны во мнении «это существует снаружи наших Я») совершенно не эквивалентно «объективному» (тому, что [если можно так выразиться] и «на самом деле» существует снаружи всех «Я»). Более того, и это тоже не открытие автора — то, что существование «объективной реальности» не доказывается никаким экспериментом философами было обнаружено весьма давно. А во-вторых, если уж нам приходится делать выравнивание статуса одной из категорий, то что мешает сделать это не для «Сознания», а для «Материи», т. е. допустить, что для каждой отдельной головы (экземпляра «Я») существует свой отдельный экземпляр «Материи» (экземпляр «не Я»)? По крайней мере, из теоретических рассуждений следует, что это равносильные «нарушения симметрии».

Причиной и первого и второго является тот способ ощущать, которым мы оборудованы. Вопрос «как так получилось» (вышло ли это «само, в результате эволюции» или «было сотворено Богом») для нас сейчас ничего не определяет, определяет та данность, в которой мы действуем — каждый из нас непосредственно может ощущать «не Я», но в той же модальности «Я» не может ощущать другое «Я». Другое «Я» ощущается для каждого из нас косвенно — как результаты деятельности «Я-второго» в «не Я», которые уже и ощущает «Я-первое». Из чего, кстати, самопроизвольно и следует совершенно «очевидное» же заключение, что «не Я — одно на всех».

Но … вот так ли это «на самом деле» или же это всего-лишь кажимость? Тут надо очень правильно понимать словесный оборот «на самом деле» - и у Канта была трудность точно высказать смысл «вещи в себе» и у нас она есть: мы не имеем возможности ощутить то, что «существует в не Я». Если в «не Я» существует цвет, а все мы — слепы, то по ощущениям мы и не догадаемся никогда, что это свойство есть. То, что оно «должно быть» мы в состоянии заключить лишь привлекая способности абстрактного ума. Это именно абстрактное рассуждение, приведённое выше показывает, что «не Я — одно на всех» может оказаться и не сущностью, а только кажимостью. Хотя сущностью оно (из нашей повседневной практики) кажется нам очень убедительно, потому, что заключение «X существует» мы и производим по той причине, что X создаёт в нас ощущения.

Я не знаю, чувствуют ли это читатели, но мы сейчас совершили полный круг — мы пришли ровно в ту точку, из которой вышли. А именно, мы сейчас только что заключили, что Мир ровно таков, какова наша же собственная способность его ощущать, и при этом мало чего обнаружили и из того, какова же эта способность ощущать по своей конструкции и из того, каков же Мир. Всё, что мы обнаружили — что эта способность ощущать вносит искажения, и обнаружили несколько очевидных примеров того, что эти искажения действительно есть.

В таком случае мы можем задаться другим вопросом — а нет ли какого иного «способа ощущать» или «способа абстрактно мыслить», который бы, может быть, и сам бы не был свободен от искажений, но его искажения уничтожали бы искажения нашего «естественного способа воспринимать Мир»? В таком случае искажения бы взаимно уничтожились и мы (хотя бы и силою только лишь абстрактного ума) смогли бы представить себе «то, что есть, а не то, что кажется»…

Сформулированное выше — гипотеза. Автору совершенно непонятно, насколько она состоятельна, но сама её постановка не выглядит бредовой. Насчёт иной способности ощущать ответ, скорее всего — нет, потому, что наши способности ощущать определяются нашей «аппаратной частью», которая по какой-то причине именно такая и мы не в состоянии её изменить. Мы не в состоянии отрастить себе дотоле неизвестный нам орган чувств, зато, мы в состоянии иным способом сложить известные нам ощущения силой абстрактного ума. А вот как их нужно сложить?

Здесь обязательно нужно сказать ещё такие слова. Если ограничиваться только ощущениями [и/или их отражением в виде 2-сигнальной системы], то мы никогда не будем в состоянии выйти за пределы самих себя. Примитивно говоря — мы не сможем посмотреть на себя со стороны. Однако, каждый из нас легко узнаёт себя в зеркале, т. е. этот опыт показывает, что такими способностями психики мы оборудованы ещё даже ниже рассудочной деятельности. Наша способность выходить своим «Я» за пределы себя, и более того — стремление всё время сделать это (познать явления, в которых мы сами являемся всего-лишь их частью) косвенно доказывает, что поставленная задача могла бы и иметь решение.

И вот о том, как могла бы выглядеть модель у которой были бы зеркальные по отношению к нашему естественному способу ощущать искажения — следующий пост. Разрешима ли она и можно ли в ней провести какие рассуждения — мне на сей момент неизвестно...
Затянувшееся на дворе безвременье навевает грустные мысли. И вот, предаваясь своим мыслям, я и подумал об одной совершенно философской задачке. Я не могу её решить самостоятельно и прямо сейчас, но хотя бы схематично сформулировать её постановку вполне возможно.

Как известно, «Я — существую». Это — аксиома, адекватность которой реальности подтверждается ежедневной повседневностью каждого из нас. Она же — пуповина, которая связывает «Я» с неким нечто, что находится снаружи этого «Я» и им («Я») непостижимо.

При этом, чтобы понять, что из точки «Я» простирается пуповина куда-то надо иметь не просто весьма высокий уровень абстракций, но и хорошо тренированное сознание и развитые способности в построении моделей. Большинство известных нам существ этим не оборудованы.

Тем не менее, чувственный наш опыт показывает, что «Я — существую» ценится («осознаётся» - крайне неудачный в данном случае термин) и существами, которым наше современное понимание и вовсе отказывает в каком-либо «отражении». Любое живое существо, вплоть до отдельной клетки, сражается за свою жизнь и продолжение своего существования. Причём, не столько само по себе и за себя, сколько в составе той надперсональной общности, в которую входит. Люди — сражаются за своё общество, органы — за свой организм, клетки — за орган, в котором состоят. Сражение только за себя — это уже последний этап перед переходом в Ничто. И это — признанный естественнонаучный факт.

Т.е. для любой живой идентичности, даже и той, которой современная философия отказывает в каком-либо «сознании», «Я» является центром её Мира. В этом нет ничего удивительного, поскольку «Я» и «не Я» есть только две проекции одного и того же явления — исчезает одно и тут же пропадает другое, но, всё же, строго-то говоря, это деление на «Я» и «не Я» не есть свойство самого этого явления, а есть артефакт нашей методологии, которую мы применяем для его изучения. Мы не знаем другой методологии, поэтому и приписываем эти способности не себе, а объекту нашего изучения. Тривиальные, в общем-то, умозаключения.

При этом оказывается совершенно непонятным, например, генезис «материализма» - философии, основанной на аксиоматизации того, что «снаружи нас что-то существует» и оно «существует вне нас и вне зависимости от нас». Ну, все ощущения-то и даже сама природа этого явления утверждают совершенно обратное — что существую только «Я», а всё остальное существует лишь потому (и постольку и до тех пор) , что «Я — существую». Из этого совершенно естественно следует «солипсизм» как единственно доказанная онтологическая доктрина. А существование «объективной реальности», как известно, не только до сих пор никем не подтверждено экспериментально, так даже и схемы возможного эксперимента по подтверждению её существования никто до сих пор предложить не смог.

Тут можно много написать всякого флейма, но в общем можно резюмировать, что победила доктрина «позитивизма» в её исключительно физической интерпретации — теория должна всего-лишь предсказывать результаты будущего эксперимента. Чем эти результаты являются — изменениями ли действительно в «объективной реальности», или же всего-лишь предсказанием одних лишь будущих ощущений самого наблюдателя, позитивизм различить не может. Из этого, кстати, и все парадоксы квантовой механики, когда наблюдателя в рассматриваемой системе нет, но он как бы и есть и не может не быть. [да, автор в курсе, что в квантовой механие «наблюдателем» полагается другой квантовомеханический процесс, но что это меняет, если и наш философский «наблюдатель» не бесплотный дух, а совершенно материальное явление?]

В связи с чем возникает очень любопытный вопрос — а можно ли выстроить какую-то неидеалистическую (или, в крайнем лучае, неметафизическую) философию, у которой бы в центре мира находилось бы «Я», а какая-либо аксиоматика «находится вне нас» и не ставилась бы вовсе? Ну, то есть, это не отменяло бы существования явлений «дождя, ветра и солнца», но эти явления не объявлялись бы аксиоматически «незавиcимыми от нас и наших знаниях о них», даже тогда, когда данные позитивистского эксперимента показывали бы, что мы на них влиять не можем?

Это очень важное замечание. Данные сугубо позитивистского эксперимента показывают, что человек в делирии не может влиять на собственные галлюцинации, ввиду чего они им самим и признаются равносильными его ощущениям от действительной Реальности, но другие люди [снаружи него] с лёгкостью различают, где одно, а где другое. Так не оказывается ли так, что Реальность — это всего-лишь общая галлюцинация, иллюзорность которой невозможно установить не выходя за общность «люди» (существа, оборудованные одинаковым положением «точки сборки»)? А как выйти за эту общность (философы с альфы Центавра нам неизвестны) мы не знаем.

В рамках традиционной философской парадигмы — разделения Мира на «Я», «не Я» и установления связей между ними, при том, что сам умозаключающий философ находится снаружи всех трёх, как внешний наблюдатель исследуемого объекта, это невозможно. Собственно, это положение и есть причина того, что мы постулируем доктрины монизма и ставим вопрос о первичности какого-либо элемента в них. Но, можно ли, оставаясь в рамках человеческого способа восприятия (http://jivopyra.livejournal.com/2806.html) построить другую философию, в которой не «не Я» (именуемое материей) выбирается опорой для рассуждений, а «Я»?

Человеческий способ восприятия заставляет нас рассматривать себя трансцендентными, а окружающее нас нечто «имеющими свойства», хотя на самом-то деле в явлении «субъект-действие-объект» мы не можем различить который компонент из трёх определяет эти «свойства» - аберрации объектива будут так же видимы на фотопластинке, как и детали рассматриваемого объективом объекта и дефекты самой фотопластинки. В смысле, что разглядывая уже полученное изображение мы не сможем сказать, какой компонент общего оптического прибора внёс эти элементы в изображение.

Так вот, постановка проблемы формулируется так: можно ли обратить схему «наблюдатель трансцендентен — мир имеет свойства» в схему «наблюдатель имеет свойства — мир трансцендентен», т. е. перенести центр приложения усилий изучения с «объективной реальности» на «психику» и изучать не «свойства Мира», а «свойства Психики»?

О глобальной позиции

Первоначально я намеревался назвать этот пост Disclaimer — отказ от ответственности, но посчитал, что звучит это двусмысленно, хотя суть не меняется, и состоит она в том, что коль скоро все наши умозаключения не могут быть сделаны «вообще», а обязательно [неявно] включают в себя позицию наблюдателя, то надо бы эту позицию явно и концентрированно сформулировать. Мало ли, она будет отличаться от позиции читателя — тогда читатель сможет сам решить стоит ли тратить время своей жизни на этот блог, а не полагаться на свои предположения о его авторе. В конце-концов, при случае какому-нибудь оппоненту в будущем придётся всего-лишь привести ссылку, а не пересказывать эту позицию в 100500-й раз.

Как уже заявлено, я буду вести своё изложение из позиции «Я». Это — самая простая и самая естественная позиция нашего отражения Мира. Всякий из нас, как минимум, умеет Мир отражать хотя бы из неё. Те, кто и это не умеет — просто не выживают в чисто физическом смысле, т. е. мои слова означают, что умение отражать Мир из позиции «Я — не Я» вообще самый минимум, дающий право на саму жизнь. Все живые организмы это умеют, просто не все из них обладают способностями об своём отражении рассказать другим.

У этой позиции есть ряд характерных особенностей, из-за которых она многими не считается «правильной» (но это для каких задач как посмотреть, поскольку универсальной позиции всё равно нет). Первейшее её свойство - «Я» помещается в центр Мира. И это — совершенно естественное его место, поскольку, если моего «Я» не будет, то как я сам-то узнаю о об этом Мире? Мир дан нам в ощущениях, вот «Я» и является обработчиком этих ощущений. Понятно, что по интуитивной важности «Я» может быть только в самом его центре — если Мира (на самом-то деле — только наших ощущений о нём) нет, то «Я»-то всё равно есть? Ведь я ощущаю хотя бы своё «Я» даже, когда иных моих ощущений нет?

При таком способе восприятия оказывается, что «расстояние между предметами в Мире» измеряется тоже своеобразно — мы не можем измерить [ощутить] его непосредственно, но проводим, своего рода, триангуляцию — сопоставляем расстояние до каждого предмета между ним и нашим «Я» по лучу и учитываем угол между этими лучами. Все наши представления о Мире, в которые наше «Я» не входит непосредственно оказываются косвенными — после восприятия нами явлений Мира мы проводим какую-то абстрактную обработку/вычисления, которые удаляют наше «Я» из воспринятого нами и тогда мы называем полученное «объективной картиной Мира».

Эта «объективная картина», на самом деле, таковой, конечно, не является — ведь именно от свойств нашего «Я» зависит то, какие свойства предмета мы увидим (ощутим) «по лучу», а какие — нет. Более развитый и образованный человек увидит свойств и отношений больше, чем человек неразвитый и тёмный. Хотя общий алгоритм вычисления «объективной картины Мира» у всех будет одинаковым — сначала воспринять «непосредственные ощущения», а потом постараться абстрагироваться от своего «Я». В качестве проверочного примера можно привести «согласие относительно свойств какого-то предмета» - сначала каждый из членов экспертной комиссии ощущает предмет, а потом удаляет именно своё «Я» и в остатке остаётся, например, заключение «камень — тяжёлый». Что при правильном прочтении образует вот какое сообщение: «каждый из членов комиссии признал, что этот камень у всех оставляет одинаковые ощущения». И вот тогда именно такие «одинаковые ощущения», оторванные от тех «Я», что их ощущали мы и называем «объективной картиной» приписывая их свойствам предмета, а не ощущавших его «Я».

Однако, при этом образуется и не замечаемая нами погрешность, поскольку, как это справедливо замечал Кролик из «Винни-Пуха»: «Я бывают разные!». «Я» одного, в силу уникальности свойств индивидуальности и личности, обязательно хоть в чём-то разнится от «Я» другого и его ощущений. В результате, даже корректное и полное удаление свойств «Я» (а сам человек не знает всей полноты свойств своего «Я», т. е. есть проблемы и с его удалением) не устраняет самой систематической погрешности — что самого этого метода, что его конкретных измерителей. В общественном смысле мы заведомо не можем ни построить «точной объективной картины», ни, даже, оценить погрешностей её построения. Всё, что мы можем — мы можем согласиться на некую «общепринятость приемлемости» именно такой картины Мира и её погрешностей. При этом, даже при обратном её прочтении, каждый из нас не в состоянии точно сказать, насколько эта картина Мира «приемлема» именно ему по свойствам именно его «Я».

Для самых простых ощущений, наподобие «степени тяжести камня» или «15-й риски на шкале прибора» это согласие является весьма точным, что порождает у физиков иллюзию существования «объективной реальности» и вовсе не зависимой от ощущения посредством «Я». Однако, стоит нам обратиться к предметам в которых точное согласие разных людей достижимо трудно — той же юриспруденции или судебной деятельности, в которых тоже оценивается некоторое «не Я» судей, как мы заметим, что погрешность удаления «Я» начнёт превышать саму полученную оценочную величину.

Между тем, вид модели зависит от практической задачи, которая при помощи этой модели решается. Задач, в которых требуется непременное удаление своего «Я» из рассмотрения всё-таки меньше, чем задач, в которых само присутствие этого «Я» не мешает, а то и просто желательно. Например, при вычислении собственного поведения мы ведь можем и совершенно не осознавать своего «Я» и его свойств. Нам достаточно одних только «ощущений», важно лишь, чтобы они непременно были нашими собственными ощущениями. И, напротив, когда наш ближний сообщает нам (посредством знаковой системы) свои ощущения мы не в состоянии их воспринять, предварительно не удалив из них «Я» этого человека и заменив его своим «Я».

Это порождает одно интересное явление, замечаемое наблюдательным глазом — только очень небольшое меньшинство людей умеет вести рассуждения абстрактно (т. е. не впутывая в рассуждения своё «Я» и его интересы). Подавляющее большинство людей делать этого не умеют и «рассуждения за того парня» выполняют путём «помещения себя на его место», а вовсе не упомянутым выше «методом триангуляции». Ну, и, конечно, существует некоторое меньшинство людей, которые и вовсе не умеют выделять и удалять своё «Я» из результатов своих рассуждений и вычислений. Обычно это дети и интеллектуально слабо развитые люди.

Я полагаю, что на сём развёрнутом объяснении смысл того, что есть «рассмотрение с позиции Я» исчерпывающе объяснён и больше его объяснять не понадобится. Моё рассмотрение с позиции «Я» не означает, что в центре рассматриваемого мною Мира и располагаются свойства именно моей личности и её система ценностей. Напротив, я хотел бы сделать наоборот - построить столь чистую паутину рассуждений, чтобы в её центр каждый читатель мог поместить его собственное «Я» с его свойствами и сам получить вывод соответствующий именно его природе, а не природе писавшего эту паутину автора.

Другим обстоятельством которое надо объяснить является «мировоззренческая позиция». Существует общераспространённое мнение о том, что «Я» - вторично, Мир — первичен. Нескромно вести рассуждения с позиции «Я», потому, что в примитивном смысле образуется эгоцентризм, а в продвинутом образуется антропоцентризм. Интересы того большего (Мира, общества) в которое входит «Я» выше и важнее. Это утверждение выполняется всегда — это просто исходная мировоззренческая ценность, позволяющая построить именно «адекватное» мировоззрение, а не какое-то другое.

Однако, несложное рассуждение, которое я приведу ниже показывает, что ближе к истине находится прямо противоположная позиция: «Я» - первично, Мир — вторичен. Собственно, это очевидно уже из рассмотрения проблемы ещё в наших самых первых постах http://jivopyra.livejournal.com/1400.html даже в исходном опыте сенсорной депривации получалось так, что абсолютно только существование «Я», а вывод «существует Мир» оказывался условным и зависел от того, существовало ли уже при этом «Я» или ещё нет. Ведь вывод «Я — часть Мира» это вывод не столько непосредственных ощущений, сколько попытки как-то эти ощущения непротиворечиво обобщить. Многие не верят себе в этом выводе, но в точности тот же самый результат можно получить и в рассуждении из аксиомы «Я — часть Мира».

В таком случае надо признать, что Мир зависим от этого «Я» в той же мере и степени, в которой «Я» зависимо от Мира. То, что «Я» - много, а Мир — один и некоторые из «Я» могут быть удалены из Бытия без удаления из Бытия самого Мира тоже ничего не меняет, поскольку в категориальном рассмотрении (примитивно говоря — при рассмотрении конструкций «Я», Мира и связи между ними) мы должны будем признать сопряжённость этих конструкций. Раз и Мир и «Я» существуют одновременно, достаточно долго и не видно конца их сосуществованию, то они взаимно приспособлены. Иными словами — никакие возможности «Я», предоставляемые ему Миром не в состоянии отправить Мир в небытие. Что бы ни делало «Я» - всякое его действие окажется «соответствующим устройству Мира», а действия не соответствующие Миру окажутся просто недоступными «Я», да ещё так, что «Я» об этом и вовсе не может узнать или вообразить себе такие действия.

С одной стороны, это рассуждение есть доказательство утверждения «изучая Мир мы изучаем себя, изучая себя мы изучаем Мир», поскольку поверхность соприкосновения «Я» и Мира одинакова, с какой бы стороны мы её ни рассматривали. Но оно же утверждает и вывод, что никакой деятельностью «Я» Мир невозможно ни «спасти», ни «погубить». Задаваться вопросом влияния собственной деятельности на Мир совершенно бессмысленно — что бы мы ни делали, всё будет «в соответствии с интересами (природой, свойствами) Мира» (в записи в другой системе понятий это ответ на вопрос «почему Господь допускает Зло»). Знаем мы в чём состоят «интересы Мира», не знаем этого, не задаёмся таким вопросом — в Мире ничего не меняется в смысле Бытия самого Мира включающего в себя и нас самих. Всё оно меняется только внутри нас.

Этот немного обескураживающий результат выглядит совершенно иначе, если встать на другую и эквивалентную позицию рассмотрения — позицию «Я». В таком случае в системе «целое — часть» для «части» «целое» будет средой обитания, окружением, в котором проистекает Бытие этой «части». И своею деятельностью «Я» вполне может изменить доступную ему окрестность Мира в ту или иную сторону. Но что это за стороны? А это ни что иное, как «хорошие» или «плохие» для самого «Я» изменения. Например, благоприятные для «Я», или, наоборот — вредные и гибельные для него.

Получается интересный такой вывод: думание о только «своих интересах», стремление занять самую благоприятную позицию «Я» оказывается достаточным и в смысле всей системы «целое — часть». Какая-то специальная «жертва во имя бОльшей системы (Мира, общества и т.п.)», отказ от «своих интересов» оказываются совершенно лишней сущностью — они никак не сдвигают ничего в «Мироздании» [однако в благосостоянии именно того, кто надоумил «Я» эту жертву принести они что-то сдвигают!]

В этом выводе нет никакого парадокса, поскольку сама наша внутренняя конструкция определена Миром, а не нашим «Я». Как только мы совершаем поступки «соответствующие интересам Мира» снаружи нас, так наша конструкция сообщает нам внутри нас приятность и удовольствие (оргазм — это плата, которую вид платит особи за действия в интересах вида), как только мы действуем противоположно — та же самая конструкция и вызывает в нас противоположные чувства. Никакие наши «размышления» и «духовные работы» не в состоянии отменить те побуждения, что встроены в нас Миром для его составной части. Всё, что нам доступно — это в какой-то степени извратить эти импульсы (например, наготу считать «греховной», а паранджу - «благочестивой»), но и в этом случае оказывается, что «природу не обмануть». Сколь бы благочестивым мы себе ни придумали «живое существо убивать нельзя», вариантов-то всего два — либо убить себе некоторое количество еды, либо умереть самому. Но и тот и другой исходы будут в полном согласии с «интересами Мира», просто потому, что общая конструкция всего вместе такова.

По-моему, сказанного выше довольно, чтобы утверждать: система «Я — окружающая Я среда» вполне достаточна для любых размышлений «Я» над «судьбами Мира», поскольку должна давать те же самые результаты, что и любые другие позиции. Мир-то один на всех. Но эта система проще для восприятия, поскольку соответствует нашей естественной природе — «Я в центре Мира».

Здесь надо только сделать одно замечание относительно «окружающей Я среды» в которую в таком случае превращается Мир. Мир бесконечен, а психическая мощность отражающего его «Я» - конечна и у каждого имеет свою величину. Что порождает следующую аллегорию — «Я» становится подобным фонарю, освещающему некоторую окрестность Мира вокруг него. В зависимости от мощности фонаря и размер окрестности, видимой (воспринимаемой) в свете этого фонаря тоже является разным. Самый маломощный фонарь светит, едва позволяя различить границу между «Я» и «не Я». С таким фонарём мы рождаемся на этот свет. Индивидуальная психика развивается, мощность фонаря увеличивается, а самые мощные известные человечеству фонари «Я» осветили нам окрестности Мира на несколько сотен лет индивидуального развития вперёд.

Что, однако, существенно — у каждого «Я» фонарь свой. И окрестности Мира, входящие в ту «окружающую среду», что видима в свете этого фонаря — у каждого свои. Поскольку собственно Миру «всё равно», что делает конкретное «Я», то индивидуальная задача «сделать всему Миру хорошо» на самом-то деле и ограничивается лишь задачей «улучшить ту окрестность Мира, что видима в свете именно моего фонаря». Потому, что именно такую окрестность это «Я» в состоянии проверить или различить «делаю я в соответствии со свойствами Мира или против его свойств». В иной системе понятий это будет различение «служу Я Богу или Дьяволу», но разница в этом только лишь в самих понятиях, а не в том, что эти понятия именуют. И за границами досягаемости своего фонаря всё сказанное одинаково теряет смысл, просто потому, что нет способа различить «лево» и «право», движение в полезную или во вредную сторону.

Если изложенное выше не вызывает возражений, то в следующем посте я конкретизирую «доказанное в буквенных обозначениях» для одного случая «подставленных численных значений»...

Вечер воспоминаний

Сегодня пятница, а, значит, в нашем ЖЖ вечер воспоминаний... О прошлом посте я обещал показать ряд экзистенциальных вопросов, на которые поможет ответить это изложение. Как я упоминал, собирался с мыслями я долго, но собственно соломинкой, сломавшей спину верблюда оказался всего один эпизод.

В журнале одного хорошо культурного, либерального и толерантного персонажа ЖЖ приключилась небольшая дискуссия между мною и свидомым патриотом. Мы оба находились в чужом журнале и хозяин не вмешивался. Патриот оказался воспитанным, умным и совершенно не упоротым, поэтому дискуссия оказалась содержательной. После которой, за неимением польского самогона, я налил себе шетланского уиски и основательно призадумался над тем, как же дальше жить не по лжи...

Существо дискуссии сводилось к следующему. Начало было традиционным: Россия напала на Украину, а потому долг каждого патриота всею душой ненавидеть москалей и далее по тексту, делая всё, чтобы они сдохли сволочи, после чего водрузить жовто-блакытное знамя победы над Кремлём, освободив тем самым Европу от коричневой заразы. Патриот, как я упоминал, оказался не упоротым, на указание мною противоречий в его рассуждениях реагировал адекватно и мы очень быстро перешли к проблеме «мы никогда не будем братьями» - он не понимал, как именно ему относиться к клятым москалям, которые хотят лишить его незалэжной, но при этом исправно поставляют туда газ и позволяют ему свободно работать на своей территории за вполне себе пристойные деньги, которые позволяют свободно вывезти. Как я себе домыслил: его когнитивный диссонанс в этом и состоял - «настоящие враги» так себя не ведут, а «настоящие друзья» просто не могут быть клятыми москалями и эти два тезиса никак не совмещались у него в целостную картину Мира. Скажем, мне, как его оппоненту, нельзя было относиться к нему и проблемам его родины участливо, по непротиворечивой картине Мира мне должно было злорадствовать, глумиться над ним и истекать желчью и иными субстанциями. Я же не истекал и делал это искренне эмоционально и логично умственно, во всяком случае упрекнуть меня в лицемерии он не мог.

Человек он, как я отметил уже, он был вменяемый и неглупый, впрочем, ещё А.С. Грибоедов отмечал специфические проблемы такой социальной группы.

Мою же печаль я понял следующим образом — аллегорически выражаясь, мой оппонент стоял разными ногами на двух противоположных платформах, а СМИ и государственная пропаганда делали всё, чтобы эти платформы раздвинуть на бесконечное расстояние. Он чувствовал, чем это для него кончится, а я чувствовал, что кратко и доходчиво повернуть ему мозги на место не может вообще никто, т. е. больной умирал в бессильном присутствии врача...

Что образовывало вот какую этическую и деонтологическую проблему: существует ли вообще некая целостная и непротиворечивая мировоззренческая позиция для него и для меня (аксиома: мы — враги), которая, тем не менее, не сводилась бы к обязательной и неизбежной [взаимной] деятельности на полное уничтожение одной из сторон ? Иными словами, если существование двоих аксиоматически невозможно, то возможна ли такая позиция существования хотя бы одного, которая не требовала бы себе смыслом своего бытия уничтожения оппонента? А если не существует, то существуют ли какие-то критерии, позволяющие обоснованно принять решение, который из оппонентов должен исчезнуть?

Уже интуитивно понятно, что в данном случае где-то в данной проблеме есть какой-то подлог, потому, что выход из создавшегося противоречия можно сформулировать и так — ради своего будущего нужно от него отказаться, т. е. желая продолжать свою жизнь нужно самоубиться [или добиться, чтобы тебя убил оппонент, что одно и то же]. Но где находится этот подлог?

Задача показалась мне интересной и важной. Ведь, по существу, это очень простая задача: объективно ресурсов на продолжение жизни всех не хватает. Кто должен пожертвовать (кого или что нужно принести в жертву), чтобы жизнь оставшихся продолжилась с наименьшими издержками и почему именно? Чтобы не было слишком абстрактно, то вот пример с подставленными численными значениями параметров. Есть общество из двоих человек. В состоянии «до» ресурсов хватало на то, чтобы оба были сыты и один ездил на «Порше». В состоянии «уже» ресурсов объективно не стало хватать на то, чтобы оба были сыты и один продолжал ездить на Порше. «Объективно» в данном случае передаёт смысл «ни тот, ни другой никакой своей деятельностью не могут вернуть состояния «ресурсов хватает», они вынуждены только перераспределять ресурсы между собой».

Кто и чем должен пожертвовать из своей жизни, чтобы жертвы каждого оказались минимальны? Задача очевидно имеет решение, если есть некий третий, который находится снаружи этих двоих и может императивно им указывать, кто чем должен поступиться. Но этого третьего нет, и результирующее положение зависит только от суперпозиции поведений первого и второго. Из каких критериев, по какому алгоритму и следуя которому методу каждый из них должен строить своё поведение для решения этой задачи?

Вообще говоря, в некотором «плоском» пространстве условий эта задача имеет и математическую формулировку в виде «равновесия Парето», но вся проблема-то в том и состоит что нет этого «плоского» пространства условий — чтобы первый не умер с голоду второму достаточно лишиться Порше, а чтобы второй продолжал ездить на Порше первому нужно умереть с голоду. Равносильны ли ценности этих жертв и почему они [не]равносильны?

Очевидно, что это уже явно не математическая задача, она решается на основе некоторой [деонтологической] ценностной системы, которая соотносит ценности продолжения самой жизни [голодранца] и продолжения удобств [богатея] ездить на Порше, т. е. в рассмотрении появляется некий множитель «социальное положение» - количественная ценность жизни голодранца делится на это самое положение и если результат оказывается меньше количественной ценности Порше, то в жертву надо принести жизнь голодранца, а если больше — удобства богатея ездить на Порше (а вообще-то говоря, не запрещён и такой выход, как принесение в жертву не только Порше, но и самой жизни богатея).

Вопрос первый — из каких соображений и по каким причинам устанавливаются именно такие константные значения всех этих факторов, а не иные?

Вопрос второй. Допустим, у нас есть одна общественная иерархия (одно общество, в котором состоят оба - и голодранец и богатей). Тогда «социальное положение» можно математически определить хотя бы как «справедливое соотношение доходов» или как «справедливое соотношение социальных ответственностей» и т. п. - метод понятен. Уже здесь есть трудность в том, что понимать «справедливостью» (это понятие деонтологическое, а не математическое), но и она не идёт ни в какое сравнение с трудностью определения в случае, когда и голодранец и богатей принадлежат разным иерархиям (обществам). Ценность жизни (не только факта, но и качества) африканского племенного вождя как соотносится с такой же ценностью жизни белого бомжа, ночующего под мостом? Существует ли вообще какой метод пересчёта социального положения человека в одном обществе в эквивалентное социальное положение человека в другом обществе? Вопрос имеет важную практическую ценность при эмиграции или даже просто при принятии решения стоит ли эмигрировать или лучше так и умереть под своим мостом?.

Если такого [абстрактно-математического, логического] метода нет, т. е. не существует «решения задачи в буквенных обозначениях», то, может быть, существует «численное решение задачи», т. е.просто такой алгоритм собственного поведения, который приведёт к заявленным в условии наименьшим издержкам? Ну, например, «мочить всех на своём пути, да и всё»...

По-моему, каждый из этих вопросов сам разворачивается в диссертацию. Однако, у каждого их них есть не только абстрактное, и совершенно конкретное измерение. Вот, принесли вам повестку из военкомата для отправки в зону АТО — как поступать, да, и просто из каких критериев исходить при принятии своего решения? Нет, целевая функция и аттрактор совершенно понятны — лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным, только вот как это должно воплощаться в свои поступки в текущих конкретных условиях? Стоит ли цель «поднять москаляку на гиляку» цены потери собственной жизни, даже, если перед каждым из членов этого сравнения поставить некоторые только вероятности?

Все эти вопросы так или иначе, прямо или косвенно, но приводятся к адекватному мировоззрению, которое является базой, нулевым уровнем для совершения конкретной личностью своих оценок Сделать эту оценку, принять правильное решение совершенно нетрудно если мировоззрение адекватно. Но вот как его построить адекватным, а если оно уже есть — как его проверить на эту адекватность?

Это, собственно, и оказалось тем вопросом о котором я и принял решение писать своё изложение дальше. Во-первых — самому интересно (я не хочу умирать! хоть по моему возрасту мне повестку уже и не принесут), во-вторых — есть ведь и другие, которые имеют тот же самый интерес. Почему бы мне и не быть тем инструментом, посредством которого Мироздание (а оно — одно на всех, даже, если ресурсов на всех и не хватает) может проявить своё человеколюбие? Дураки в любом случае умрут «за того парня» — в этом и состоит их онтологическое предназначение, но вот кто именно не окажется дураком — каждый должен иметь возможность определить это для себя сам.
Мне чрезвычайно приятно, что моя аудитория меня не забыла. Но, судя по поступающим комментариям, неплохо было бы уточнить начальную позицию поворота в повествовании.

Первое, что следует заметить: ничего не меняется ни в мотивации автора (чистые детское любопытство и восторг от понимания доселе не бывшего известным ему), ни в общей направленности этого любопытства (фундаментальные основы нашего бытия). Ничего суетного, «экономического» или «политического» как не было, так и не будет — я не политический или общественный деятель, да и по моему возрасту интересность вопроса «что там, за видимым нам концом» уже начинает понемногу перевешивать интересность вопроса «что ещё неизвестного мне есть на этом свете». Меняется только фокус приложения этого внимания — если раньше объектом рассмотрения было, если так можно выразиться, «ниже-общественное», то сейчас я считаю более полезным в качестве объекта рассмотрения сделать именно «точно-общественное».

Это — повышение уровня рассмотрения и сужение взгляда, поскольку «общественное» есть всего-лишь часть «мирового», но что-то мне подсказывает, что именно в текущем сейчас времени оно становится практически более полезным, чем то, что мы рассматривали ранее. Наступят другие времена — к прежнему всегда можно вернуться, однако для этого времена пришедшие надо пережить.

Второе: позиция рассмотрения. Мы оборудованы таким способом отражения, который не универсален, а зависит от положения в котором находится наблюдатель — находясь просто в разных позициях люди и видят разное и по-разному ранжируют увиденное по степени важности. Самопроизвольно так сложилось, что те воззрения и мысли с которыми люди рискуют выйти в общество находятся в положении «интересы общества» [выше интересов личности]. Отчасти это некая культурная традиция (некрасиво свои интересы ставить выше интересов общества, даже того малого, что собралось с тобой под одной крышей или за одним столом), отчасти и просто технологический расчёт — публиковать следует то, что имеет более одного читателя. Если товар имеет только одного покупателя, то стоит ли его и производить?

Однако, этот, в самом настоящем смысле слова, «общественный рефлекс» авторов фактически образует виртуального наблюдателя по имени «интересы общества», которого на самом-то деле никто не видел. В действительности же мы имеем всего-лишь точку зрения (и метод построения заключений) какого-то конкретного автора, который свои «интересы автора» по неизвестному другим алгоритму пересчитал в «интересы общества» и опубликовал их. Учитывая же, что наш мир — мир обмана и иллюзий, и что настоящие интересы автора нам достоверно неизвестны, то качество любых суждений сделанных из неявно прокламируемой позиции «интересы общества» весьма сомнительно уже по самому способу их изготовления.

Не менее интересно это положение и из позиции читателя. Мало того, что читатель [неявно] понимает всё сказанное выше (на заборе тоже слово написано, а за забором одни дрова лежат), он понимает также и то, что и его «интересы читателя» не тождественны «интересам общества», даже если он сам имеет тот же самый общественный рефлекс, которым руководствовался и писатель. Что в соединении этих частей порождает феерическую общественную технику «чтения между строк» и «интерпретации символов». [почему этой практике невозможно положить конец и почему всякая общественная коммуникация будет, по сути, манипуляцией — разговор длинный и не к этому месту]

В нашем же изложении я собираюсь рассматривать явления из чистой позиции «себя любимого», т. е. исключительно из «своих интересов». Поскольку опыт всего предыдущего изложения показал, что с абстрагированием себя от предмета рассмотрения у автора всё очень хорошо, то есть вполне обоснованная надежда, что в позиции «себя» ему удастся избежать загрязнения абстрактных рассуждений свойствами и интересами конкретной личности (своей) эти рассуждения ведущей. Иными словами, должно получаться так, что для имперсонации позиции «мои интересы» любому читателю достаточно будет только повторить эти рассуждения своим умом для себя и своих собственных конкретных интересов, а не заниматься какой-либо интерпретацией написанного автором. Я не знаю других источников, которые бы вели [философское] изложение из такой позиции рассмотрения. [но и это не отменяет безусловного правила для любого читателя — во всём сомневаться, сомневаться и в том, что будет прочитано в этом блоге]

Третье. Я, в полном соответствии со своими представлениями, что я — часть чего-то большего: своей семьи, своего народа, своей страны и далее по восходящей, представляю собой некую «единицу действия», которая в ситуации очевидной угрозы существованию всех перечисленных целых просто вынуждена действовать в их пользу, если имеет намерение сохраниться сама. В виде обособленного организма или только в виде потомков и соплеменников — это уж как повезёт, но инвектива очевидна — право на жизнь имеет только тот, кто борется за своё будущее. И мысли (идеальное), которые я собираюсь здесь произвести [для себя! но кто же действует «против себя»?] - это мысли о том, почему наше настоящее и будущее должны быть таким, а не иным. Если эти мысли окажутся адекватными, они многократно будут усилены, как будет общественно усилен результат работы инженера, создавшего удачную конструкцию или бойца, занявшего выгодную позицию в бою с противником. Что, собственно, и будет моим действием в составе того целого, частью чего я являюсь. Насколько это возможно, я на самом деле стремлюсь рассматривать свою жизнь как действие в составе чего-то большего, пытаюсь понять, чего именно это большее «хочет» именно от меня и в чём оно именно от меня и зависит. Как называть это целое, чьей частью мы все являемся: Богом, Миром или как-то иначе — это, как было подробно рассмотрено в предыдущих постах, только лишь особенности интерпретации и языка на котором ведётся изложение.

На всякий случай, для читателей, которые в сочиняемом попытаются увидеть «учение», «идеологию» или «движение» следует сказать, что всё, это — и то, что было и то, что будет написано — не более, чем просто мысли одной конкретной личности вслух. Записываемые всего-лишь на тот случай, что они могут оказаться ещё кому-нибудь полезны в его собственных интересах... Читатели этого блога отмечают их полезность для себя, что для меня является вынуждающим фактором не просто задумываться, но и формулировать то, до чего я додумался «в объективном виде, доступном третьим лицам». Это и есть единственная причина сочинения этого блога :)