Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Модель манной каши (II)

Продолжим наши упражнения. Я должен высказать глубокую благодарность своим читателям и критикам: хотя в моём сочинении и первична тоска «не с кем поговорить на интересные темы», пишет-то автор для читателей, а не вообще в стол. И чем больше читателей и замечаний к написанному, тем больше само желание и писать и обсуждать.

Здесь же надо сказать специальное и для новых читателей — если вы чего-то не понимаете, то блог написан от простого к сложному, и всё, чего должно хватить для понимания N-ного поста, это прочтения всех N-1 предыдущих постов. Не требуется ни высшего философского образования, ни, даже, прочтения учебника. Не поленитесь сделать хотя бы это, ведь автор не поленился написать для вас все предыдущие посты?

О прошлом посте мы выяснили две вещи — зачем требуется как-то извращать свой способ смотреть, и что наш естественный, самопроизвольный, способ смотреть о котором мы и не задумываемся, вносит очень большие искажения в то, что мы видим. Если допустить, что гипотеза «мы живём в Матрице» состоятельна, то для доказательства или опровержения таковой нам требуется понимать, а в чём же эти искажения состоят и существуют ли, и какие именно, способы их компенсировать «силою ума»? Вот, этим пониманием мы в данном посте и займёмся — всё есть сложнее, чем представляют себе критики в замечаниях к предыдущему посту.

Попробуем двинуться вперёд путём аксиоматической теории. Для начала определим термин «онтологическая замкнутость», который не раз нам понадобится в дальнейшем. Представим себе некий контейнер. Мы сами находимся снаружи него и в состоянии различить две разные области - «снаружи контейнера» и «внутри контейнера». Будем называть этот контейнер «онтологически замкнутым», если попав внутри него у нас не окажется никакого способа выяснить существует ли что-либо «снаружи контейнера». Иными словами, [при пребывании внутри] наш Мир сведётся только к тому, что есть целиком «внутри контейнера», а вопрос «существует ли что-либо снаружи Мира» окажется даже не агностическим, а вовсе бессмысленным — мы просто не сможем сформулировать смысл высказывания «нечто X существует снаружи этого Мира».

Нетрудно сообразить, что известный нам Мир (Вселенная, в физическом понимании) является «онтологически замкнутым» - представляя себе «нашу Вселенную» в виде некоего [пространственно-временного] «пузыря» мы не можем вообразить себе большее, чем её вхождение в состав объемлющего, но сущностно точно такого же «пузыря». Мы можем допустить, что в соседних (siblings) нашему «пузырях» может быть и иное значение «заряда электрона», но мы не в состоянии представить себе, что «там» существует что-то качественно такое, чего в «нашем пузыре» не имеет существования. На самом кончике нашего понимания мы ещё можем абстрактно это сформулировать в виде «там, может быть, существует то, чего не существует здесь», но вот как-то определить это «то» мы уже не можем. И более того — мы даже не можем сказать, является ли эта невозможность свойством «того» или «нас самих».

Всё это предварительное определение говорится для следующего утверждения. Если допустить, что [следующее из нашего чувственного опыта] «что-то существует», то предельным нашим обобщением этого будет утверждение «существует Всё». Категория «Всё» есть предел нашего понимания, заполняющая онтологическую замкнутость нашего Мира. Если в этом Мире нечто и «существует», то оно — именно «Всё», а не что-то иное. Что это такое мы не знаем, мы вынуждены давать ему какое-то определение, отличающее его от «Ничто» именно потому, что что «Всё» - существует, а «Ничто» - не существует. Но, и только. И одна и другая категория по своей сути — абстрактные понятия. Ни одной, ни другой мы не ощущаем непосредственно, они обе — только наши предельные обобщения либо наших конкретных ощущений, либо их принципиального отсутствия.

Но, каким же образом мы можем исследовать категорию «Всё»? Ведь в это «Всё» входим и мы сами, мы тоже состоим из этой категории «Всё», сами не понимая того, как это происходит. Предельно общий известный нам метод состоит в том, что мы прикладываем к этому «Всё» модель «Я — не Я» и обнаруживаем, что некую часть свойств категории «Всё» мы можем рассмотреть как свойства «Я», а другую — как свойства «не Я» и провести между ними какие-то связи. Нетрудно обнаружить, что и сама модель «Я — не Я» является онтологически замкнутой по определению, т. е. снаружи неё ничего нет.

Исторически известны разные заходы на эту цель. «Ментальный монизм», «материальный монизм», «нейтральный монизм», «дуализм», «плюрализм» - это всё просто разные интерпретации заходов одной и той же модели. С разным выделением «причины» и «следствия», но они описывают одно и то же явление, как взгляд на один и тот же предмет «слева» и «справа». Современный «функционализм» - это тоже разновидность монизма.

Для нас же сейчас важно отметить вот какое обстоятельство. Наблюдая «Всё», и отмечая, что некое X относится к свойствам «Я», а некое Y относится к свойствам «не Я», мы, всё же, не можем провести между ними даже логически категоричной границы.

Классическая философия исходит из постулата, что материальное не сводимо к идеальному и наоборот. «Я», «Сознание» понимается безвидно и бесплотно, а «не Я», «Материя» - абсолютно косно и нерефлексивно. Но, современное наше знание об этом совсем другое, - «идеальное» присутствует и вне «субъективной реальности» и «материальное» не обязано быть именно «реальностью объективной». Ранее в блоге тому приводились примеры. Скажем, категории идеального («треугольник» и проч.) сейчас доступны не только в классическом «Сознании», но и в виде «программы кремниевого процессора» наводящего ракету на цель. А материальное запросто имитируется в ощущениях от него всякими «средствами виртуальной реальности» в симуляторах, что, собственно, и порождает в массах догадку, а не является ли и сам весь наш Мир таким симулятором?

В ходе рассуждения в посте http://jivopyra.livejournal.com/20603.html было обнаружено интереснейшее обстоятельство, я не знаю, обратили ли читатели на него внимание. А именно, мы строго логически пришли к выводу, что внутри человеческого организма мы не можем провести границы между «психическим» и «соматическим», поскольку они связаны в одно целое системой взаимных обратных связей. Материальные вещества попадая в материальное же тело порождают нематериальные сигналы, на которые реагирует «психическое». Однако, и невыносимая запредельность психического сигнала приводит к тому, что «соматическое» совершенно материально загрубляется и порождает сигнал меньшей интенсивности. По команде психического. Мы не знаем, как психическое перетекает в соматическое, но из этого факта мы уже не можем утверждать, что есть «душа», есть «тело» и одно первично по отношению к другому — они, на самом деле равны, т. е. правильнее было бы говорить, что и «душа» и «тело» есть разные проявления одной и той же сущности с неясной первичностью.

Проще говоря, мы обнаружили, что наше «онтологическое Я», то, которое присутствует как обособляемая нами часть категории «Всё» (это, строго говоря, тоже гипотеза — а часть ли?) состоит и из «идеального» и из «материального» неразделимо. Нету того чистого «Я», которым оперирует классическая философия. Одновременно, и категории идеального доступны «онтологическому не Я» без опосредования какой-то психикой — пример того, что не оборудованный психикой кремниевый процессор может вычислять понятия аналитической геометрии и целесообразно управлять материальным же механизмом производящим изменения сразу в «не Я» без их отражения в промежуточном «Я» есть очевидное доказательство этого утверждения. «Идеальное» и «материальное» и в категории «не Я» неразделимы точно так же.

При этом сами категории «идеального» и «материального» прекрасно и непротиворечиво разделяются. Наглядно это очень просто поясняется. «Идеальное» это, например, треугольник — замкнутая фигура, образуемая тремя несовпадающими непараллельными прямыми, расположенными в одной плоскости. Суть треугольника сформулирована именно в этом определении. Но в Реальности мы не ощущаем ничего такого, в Реальности мы видим формы материального носителя (линии, нанесённые на каком-то материале), которые-то, на самом деле … просто визуализируют нам эту суть. Иными словами, материя является посредником, который переводит неощущаемую нами непосредственно сущность из мира идеального в непосредственно доступные нам ощущения. Нам очень трудно вообразить себе треугольник per se, но никаких усилий не стоит понять, что это такое, увидев совокупность линий прочерченных, например, на мокром песке. И, в то же время, мы не можем сформулировать, что есть материя per se — вне каких-то форм, которые эта материя принимает мы не можем воспринять её вообще. Автор в одной книжке вычитал чудный художественный оборот «серая мглистость» - вот это что-то подобное. Желающие могут помыслить и о математике вообще — она оперирует чистым идеальным, которое каким-то непостижимым для нас образом находит подтверждение своего «объективного существования» в чисто же материальной физике. Желающие ещё больше загрузить себя могут подумать о том, что [онтологически] первично — математика или физика?

Мы приходим в какой-то странный гносеологический тупик. Ясная модель всей классической философии не описывает опыта, приобретённого человечеством за последнее время. Мы не можем исключить материального, присутствующего в «Я» и в то же время, мы не можем отказать идеальному, которое присутствует в «не Я» в одинаковой модальности с материальным. У нас получается, что некую субстанцию «Всё», совершенно изотропную (а это естественное допущение, доказывать надо как раз гипотезу анизотропии) мы условно поделили на две области «Я» и «не Я» и при этом в одной области мы не видим в этой субстанции свойств «материального», а в другой — не видим свойств «идеального». Если «не видим» это слишком сильное утверждение, то, значит, «стараемся не замечать». Но, есть ли это метод честного исследования?

Однако, можно высказаться и в защиту известного нам положения вещей. Прежде всего, кто такой «Я» мы не знаем. Бог, создавший нас, забыл нам это сообщить. И, как результат, человечество всю историю своего существования пытается это самостоятельно понять путём соотнесения своего трансцендентного «Я» с другими явлениями, которое оно понимает на данном историческом этапе его развития. Нет «ложных» онтологических теорий, есть теории,становящиеся неадекватными вследствие расширения нашего понимания той самой категории «Всё», в том числе — и слагающей самого понимающего её человека. Античная философия — так же «истинна», как и современная, чего, кстати, нельзя сказать про физику и прочие естественные науки. Вот их-то теории могут становиться и «ложными».

Мы сейчас понимаем, что наш способ отражать несовершенен. Более того, мы в состоянии назвать его [некоторые уже известные] недостатки и порождаемые ими искажения в восприятии. Ещё более того, мы уже можем соотнести и эволюцию (не просто статику а и динамику тоже) представлений «об устройстве Мира» с представлениями о находящемся внутри «Я» механизме порождения этого устройства.

Вот пример сказанного. Если мы ограничимся психологическим механизмом «непосредственного восприятия», то должны будем заключить, что каждый вечер садящееся за горизонт Солнце прекращает существование, а каждое утро восходящее Солнце начинает своё существование заново. Солнце «вчера» и Солнце «сегодня» - это онтологически разные сущности. Ночью Солнца нет, а «существует» - это то самое, что создаёт о себе ощущения. Отсюда строго логически следует, что «ночью Солнце прекращает своё существование, исчезает в Ничто».

Но, если мы включим в себе психологический механизм «представления», то мы сможем предложить другую модель Мира — Солнце не прекращает своего существования, прекращается просто поток ощущений от него, Солнце «засыпает», а потом «просыпается» в вечном своём цикле обращения вокруг Земли. Ну, а то, что именно Солнце обращается вокруг Земли — это прямо очевидно из наблюдаемого нами чувственного опыта. Сомневающиеся могут взглянуть на небо и убедиться сами.

Нам понадобятся абстрактные способности нашего ума, чтобы предположить, что это не Солнце обращается вокруг Земли, но сама Земля вращается перед Солнцем, чтобы показать эквивалентность этой гипотезы для объяснения наблюдаемого нами чувственного опыта. Социальные проблемы, бывшие у Николая Коперника сообщают нам, что ещё в недалёкие от нас средние века эти абстрактные способности были отнюдь не убиквитарны и общепризнаны. А в наше историческое время это уже и не так [хотя, как знать, не ожидают ли и нас новые Тёмные Века, ведь это зависит только от нас, а не от нашего чувственного опыта?]

Возвращаясь же к теме нашего изложения — мы сейчас пытаемся придумать «модель Коперника» в философии вместо повсеместно используемой «модели Птолемея». Наши критики в своих комментариях многое отмечают правильно — и окажется ли в этой модели сфера неподвижных звёзд неподвижной, и можно ли будет вычислять положение движущихся светил так же, как в предыдущей и т. д. Одно лишь механистическое обращение (поменять местами Сознание и Материю и подставить костыли там, где противоречия очевидно вылезли) не решает поставленной проблемы. Оно лишь просто меняет местами зеркало и наблюдателя себя в зеркале, а сама совокупная картина будет оставаться точно той же самой.

Нужно предложить не просто равносильное преобразование к тому способу видеть, который нам известен, но некоторый бОльший метод, который бы включил в себя обстоятельства, не включаемые методом прежним.

Не знаю, можем ли мы ещё «предложить», но мы точно можем уже «отметить» эти обстоятельства. Первое и очевидное - «Я» состоит не только из бесплотного духа. Материальная природа «Я» многое определяет из того, что «Я» отражает или не может отразить. Надо как-то учесть это обстоятельство, хотя бы введя граничные условия или компенсируя искажения. Второе - «не Я» состоит не только из косной материи. Явления из мира идеального (те же математические категории) так же присутствуют в нём, при этом не будучи классически понимаемой «субъективной реальностью». Надо точнее определиться с критериями, по которым мы классифицируем явления относимые к «Я» и явления, относимые к «не Я», а, может быть, нужно было бы предложить и вовсе иной метод исследования. Скажем, философия «функционализма» (в блоге есть несколько постов, написанных под углом этого метода) по способу смотреть больше напоминает физику и она кажется нам более простой для уразумения.

Наконец, нужно тщательнее наблюдать за самим процессом нашего отражения и познания, чтобы заметить самоочевидные обстоятельства, таковыми не являющиеся. Например, уже упоминалось, что наблюдатель в отношении самого себя не отдаёт себе отчёта, что он сам — существует, из-за чего вместо правильного понимания «существование — это отношение между субъектом и объектом» получается прелесть существования какого-то самоопределённого объектного Мира в который внесистемным способом потом вставляется этот наблюдатель не пойми на какой позиции. С другой же стороны, мы плохо себе представляем (и автор — в том числе), как это можно из персонального «Я» смотреть на Мир методом «субъект-взаимодействие-объект». Мы плохо это «чувственно представляем», однако, при этом, совершенно свободно пользуемся языком, единицей семантической конструкции которого как раз и является «подлежащее-сказуемое-дополнение», т. е. этот самый метод.

Ну, и под самый конец поста, обстоятельство, кажущееся автору самым важным. Полагая своё персональное «Я» в центре Мира (а по ощущениям так и есть) мы непосредственно и без всяких специальных усилий ощущаем «не Я». А вот «другие Я» мы не ощущаем. То, что они есть, и то, что они подобны нашему собственному «Я» - это вывод нашего абстрактного ума [не у всех живых организмов эти способности и вообще присутствуют]. Ощущения же от них совершенно другие: эти «Я» совершают какую-то деятельность в Реальности, и уже результаты этой деятельности в виде изменений в нашем «не Я» мы и воспринимаем сами своим «Я». Из-за этого возможно возникновение двух ошибок восприятия. Во-первых, мы можем полагать присутствие другого «Я» там, где его не было. Дерево упало «само», а мы можем думать, что некое «Я» его повалило. «Присутствие Бога» в нашей повседневной жизни это и есть эта самая ошибка. Во-вторых, мы можем полагать «само» там, где есть целесообразная деятельность других «Я». Так называемая «стратегия непрямых действий» основана именно на ошибке восприятия, уже в другую сторону.

Почему так, мы не знаем. Хотя, возможно, что это одно из самых фундаментальных обстоятельств нашего бытия, ещё более фундаментальное, чем тот же «заряд электрона». С другой же стороны, может запросто оказаться и так, что неспособность муравья понять, что он сам — отнюдь не единица бытия, что единица бытия (особь вида) есть сразу целый муравейник - это следствие всего-лишь количественной ограниченности его мозгов на данном историческом этапе эволюции категории «Всё». Для наблюдателя оборудованного значительно большими способностями психики (нас, по отношению к муравью) это очевидно. Как знать, может быть и по отношению к нам самим это тоже справедливо и существуют [такие] наблюдатели, которые видят единое человечество там, где мы сами видим только отдельные наши «Я»?

Модель манной каши (I)

Комментарии к прошлому посту показали, что большинство читателей плохо поняли стержневую мысль — зачем понадобилось обращать модель рассмотрения нашего взаимодействия с Миром. Поэтому в этом посте мы рассмотрим то же самое, но в большем количестве слов и ответим на вопрос зачем.

Сначала надо тезисно повторить, что было когда-то сказано на самой заре этого блога — наш способ восприятия Мира определяет его картинку, которую мы получаем. Это сильно не новая мысль, ещё Иммануил Кант обратил наше внимание на то, что ощущение от вещи имманентно включает в себя и нашу способность ощущать, т. е. некое свойство равно зависит и от качества вещи и от нашей способности это качество воспринять. Слепой человек не в состоянии ощутить цвета вещи, а, стало быть, не будет и считать, что у вещи есть цвет.

Из этого мы можем, во-первых, заключить, что сколько именно у вещи (Кант называет это «вещью в себе») есть «разных свойств» мы не можем сказать, может быть, свойство-то и есть, да нам по нашей конструкции не дано его ощутить. А во-вторых, нет никаких «субъектов» и «объектов» самих по себе. Есть явление «субъект-взаимодействие-объект», которое целостно. Его разделение на части нам просто кажется.

Как это ни странно, но в самом обычном, повседневном сознании мысль эта укореняется очень туго. И дело здесь в том, что наш самый естественный способ восприятия Мира «субъект наблюдает объект» оставляет субъекта за кадром. Нам кажется, что все свойства целостного явления «субъект-взаимодействие-объект» сосредоточены именно в объекте, а сам наблюдающий субъект трансцендентен. Более того — именно в процессе наблюдения объекта субъект менее всего думает о том, что он, этот субъект — существует. Для субъекта это самоочевидно и субъект полагает, что существует-то именно объект, а вопрос о статусе самого субъекта даже не ставится.

Именно это обстоятельство: непонимание того, что существование - это отношение между субъектом и объектом, а вовсе не самоопределённое состояние одного лишь объекта per se приводит к прелести материализма — к представлению, что «все умрут, а Мир так и останется, каким был». Которая афористично выражается в парадоксе «Слышен ли звук падающего дерева в лесу, если рядом никого нет?»

Всё это было подробно рассмотрено в подробностях в ранних постах нашего блога. И там же было отмечено, что можно ведь на явление «субъект-взаимодействие-объект» посмотреть и с другого «торца», т. е. сочесть трансцендентным объект. Тогда все свойства триады окажутся сосредоточенными как «свойства субъекта» и мы получим философскую доктрину именуемую «солипсизм». Не «идеализм» является антитезой «материализму», а именно «солипсизм».

Вместе с тем, мы можем отметить какую-то масштабную несимметричность этих доктрин. По приведённому выше рассуждению выходит, что солипсизм равномощен материализму в своей описательной способности, однако в жизни мы видим, что на материализме построены физика и вообще естественная наука, техника, и вся повседневная жизнь. А базой солипсизма пользуется только психология, да и то не всегда. Почему так?

Более внимательное наблюдение за собой в процессе рассуждения показывает, что не всё гладко и с материализмом. Так, при представлении любого явления моделью «Я <=> не Я» (более известной в виде интерпретации «Сознание <=> Материя») обнаруживается несимметричность категорий: категория «не Я» самопроизвольно (т. е. незаметно для рассуждающего) полагается единой (существует во всём Мире в количестве «одна штука»), зато категория «Я» столь же самопроизвольно представляется одной рассуждающей головой (существуют в Мире в количестве «много разных штук»). И для выравнивания статуса состояния категорий приходится совершать дополнительное действие — обобщать это «Я», вынося его за пределы самого ощущающего субъекта. Дескать, «Сознание» это не та конкретная искра, что обитает в каждой отдельной голове, а абстрактная категория объединяющая все головы разом. Для категории «Материя» делать этого не надо, потому, что она «по ощущениям» и так одна.

Но, во-первых, как мы обнаружили в тех же ранних рассуждениях, «трансперсональное» (то, о чём много голов согласны во мнении «это существует снаружи наших Я») совершенно не эквивалентно «объективному» (тому, что [если можно так выразиться] и «на самом деле» существует снаружи всех «Я»). Более того, и это тоже не открытие автора — то, что существование «объективной реальности» не доказывается никаким экспериментом философами было обнаружено весьма давно. А во-вторых, если уж нам приходится делать выравнивание статуса одной из категорий, то что мешает сделать это не для «Сознания», а для «Материи», т. е. допустить, что для каждой отдельной головы (экземпляра «Я») существует свой отдельный экземпляр «Материи» (экземпляр «не Я»)? По крайней мере, из теоретических рассуждений следует, что это равносильные «нарушения симметрии».

Причиной и первого и второго является тот способ ощущать, которым мы оборудованы. Вопрос «как так получилось» (вышло ли это «само, в результате эволюции» или «было сотворено Богом») для нас сейчас ничего не определяет, определяет та данность, в которой мы действуем — каждый из нас непосредственно может ощущать «не Я», но в той же модальности «Я» не может ощущать другое «Я». Другое «Я» ощущается для каждого из нас косвенно — как результаты деятельности «Я-второго» в «не Я», которые уже и ощущает «Я-первое». Из чего, кстати, самопроизвольно и следует совершенно «очевидное» же заключение, что «не Я — одно на всех».

Но … вот так ли это «на самом деле» или же это всего-лишь кажимость? Тут надо очень правильно понимать словесный оборот «на самом деле» - и у Канта была трудность точно высказать смысл «вещи в себе» и у нас она есть: мы не имеем возможности ощутить то, что «существует в не Я». Если в «не Я» существует цвет, а все мы — слепы, то по ощущениям мы и не догадаемся никогда, что это свойство есть. То, что оно «должно быть» мы в состоянии заключить лишь привлекая способности абстрактного ума. Это именно абстрактное рассуждение, приведённое выше показывает, что «не Я — одно на всех» может оказаться и не сущностью, а только кажимостью. Хотя сущностью оно (из нашей повседневной практики) кажется нам очень убедительно, потому, что заключение «X существует» мы и производим по той причине, что X создаёт в нас ощущения.

Я не знаю, чувствуют ли это читатели, но мы сейчас совершили полный круг — мы пришли ровно в ту точку, из которой вышли. А именно, мы сейчас только что заключили, что Мир ровно таков, какова наша же собственная способность его ощущать, и при этом мало чего обнаружили и из того, какова же эта способность ощущать по своей конструкции и из того, каков же Мир. Всё, что мы обнаружили — что эта способность ощущать вносит искажения, и обнаружили несколько очевидных примеров того, что эти искажения действительно есть.

В таком случае мы можем задаться другим вопросом — а нет ли какого иного «способа ощущать» или «способа абстрактно мыслить», который бы, может быть, и сам бы не был свободен от искажений, но его искажения уничтожали бы искажения нашего «естественного способа воспринимать Мир»? В таком случае искажения бы взаимно уничтожились и мы (хотя бы и силою только лишь абстрактного ума) смогли бы представить себе «то, что есть, а не то, что кажется»…

Сформулированное выше — гипотеза. Автору совершенно непонятно, насколько она состоятельна, но сама её постановка не выглядит бредовой. Насчёт иной способности ощущать ответ, скорее всего — нет, потому, что наши способности ощущать определяются нашей «аппаратной частью», которая по какой-то причине именно такая и мы не в состоянии её изменить. Мы не в состоянии отрастить себе дотоле неизвестный нам орган чувств, зато, мы в состоянии иным способом сложить известные нам ощущения силой абстрактного ума. А вот как их нужно сложить?

Здесь обязательно нужно сказать ещё такие слова. Если ограничиваться только ощущениями [и/или их отражением в виде 2-сигнальной системы], то мы никогда не будем в состоянии выйти за пределы самих себя. Примитивно говоря — мы не сможем посмотреть на себя со стороны. Однако, каждый из нас легко узнаёт себя в зеркале, т. е. этот опыт показывает, что такими способностями психики мы оборудованы ещё даже ниже рассудочной деятельности. Наша способность выходить своим «Я» за пределы себя, и более того — стремление всё время сделать это (познать явления, в которых мы сами являемся всего-лишь их частью) косвенно доказывает, что поставленная задача могла бы и иметь решение.

И вот о том, как могла бы выглядеть модель у которой были бы зеркальные по отношению к нашему естественному способу ощущать искажения — следующий пост. Разрешима ли она и можно ли в ней провести какие рассуждения — мне на сей момент неизвестно...

Функция или субстанция (III)

Продолжим и закончим тезис «Сознание это функция». Конспективно повторим наше рассуждение иными словами и добавив некоторое количество ранее опущенных деталей, поскольку однозначное понимание читателем нижесказанного будет очень важно для последующего изложения. Итак, Сознание — ближайший родственник боли, и появилось оно потому, что начиная с некоторого уровня сложности существа оно (существо) становится неконкурентоспособно в естественном отборе, если у него не появляется инструмента самоконтроля и избегания неправильного поведения.

Нужно понимать, что «сложность» - это не только разнообразность внутреннего устройства существа, но и трудность в его экзистенции — в размножении, вырастании до взрослости, в сохранении своей жизни в Мире. В общем — это [физическая] невозможность или [энергетическая] невыгодность для его [биологического] вида простой стратегии захвата жизненного пространства «взять числом особей». Нужен какой-то поведенческий механизм, который бы позволил существу вернее достигать цели «выжить!», поскольку «число особей» этого вида становится принципиально ограничено этой их сложностью. Инженеры могут тут же припомнить термин их профессионального сленга «выход годных» :)

Этот механизм и построен на явлении или внутреннем сигнале, который мы называем «боль». Что это такое мы можем не понимать структурно или физиологически, но с поведенческой точки зрения это некая внутренняя функция существа останавливающая его от гибельного поведения. Как такое поведение началось — боль заставляет его прекратить.

С течением эволюции уровень упомянутой сложности продолжает нарастать и в какой-то момент существо опять становится неконкурентоспособно. Неконкурентоспособно по причине всё тех же самых сложностей с размножением, с сохранением жизни и т. п. «выходом годных». Потому, что «боль» - это только фиксация уже наступивших и/или продолжающихся для существа неблагоприятных событий. А вот, если бы их можно было предсказывать заранее и до их наступления уклоняться? Тогда такой способ был бы просто функционально ещё более продвинутым инструментом того же назначения, что и «боль», но существо им оборудованное получило бы конкурентные преимущества в битве за место под солнцем.

Нетрудно видеть, что «сознание» и есть такой способ и инструмент предсказать появление ещё не случившихся с существом негативных событий и заблаговременно изменить своё поведение, чтобы их избежать. Ну, или приблизить к себе наступление позитивных событий. В смысле, что основная функция сознания именно такова. То, что человек приспособил его к решению каких-то абстрактных уравнений следует считать побочным его применением, хотя … ведь и сами-то эти уравнения человек тоже решает для достижения тех же самых целей? Так что и в этом случае всё корректно — меняется только форма представления приятного/неприятного, но суть остаётся той же самой.

Сразу же заметим генетические различия между «болью» и «сознанием». Боль — замкнута в пределах физического тела существа. Пожар или поднятие уровня воды в окружающей среде рядом с существом не вызывают боли, хотя могут нести куда большую угрозу его выживанию. Чтобы как-то обнаружить (слово «ощутить» имеет явно выраженный физиологический оттенок), что событие вне существа может или будет иметь отношение к судьбе существа «боль» становится явно недостаточной. Оказывается нужна какая-то «модель окружающей реальности вне существа», которой оно оперирует для того, чтобы вычислить собственное поведение. Но для достижения всё той же цели: «выжить-размножиться-процвести».

Ну, так именно этим и занимается в широком смысле индивидуальная «психика», а в узком смысле - «сознание». Что мы точно можем в данном случае сказать, чем отличается «сознание» от прочих отделов психики, так это способность именно сознания ответить на вопрос «Я это или не Я?». Никакого «языка» или «знаковой системы», которые традиционно прилагаются в комплекте к «сознанию» не требуется — как мы ранее рассматривали на примере пчёл, у любых существ, ведущих коллективное бытие будут соответствующие их уровню «язык» и «знаковая система» для общения и координации особей. Если полагать моделью развития модель капустного кочана, когда каждый новый уровень просто добавляет к общему ядру новый лист, то «язык» в этом кочане - много более внутренний лист, чем «сознание».

Что ещё точно нужно сказать. Сознание — отнюдь не «толкает вперёд», но исключительно «заставляет тормозить», как только минимально достаточный эффект поведения достигнут. К собственно же поступку — всегда вынуждает внешняя среда, возможно, что дополненная угрозой будущему существа, т. е. Реальность в которой действует это существо, «нужда». Не будет нужды — нет и причин существу как-то себя вести, совершать поступки в Реальности. Будет нужда — существо либо найдёт способ решить проблему, либо сойдёт с эволюционной дистанции. Никаких «внутренних импульсов развития», и уж тем более побуждений к поступкам, проистекающих лишь из систем правил и уставов, которые люди сочиняют сами себе не существует — то, что нам кажется таковым на самом деле есть какая-то первичная «нужда», просто дошедшая до выхода не в первичном виде, а в преломлении этих самых уставов. К слову, сказанное и есть фундаментальное основание «психоанализа»...

Именно таким и никаким другим способом «сознание» и является фактором развития человека и человечества. Любой может вспомнить свою школу и сказать, что обучение и развитие происходят путём решения задач и преодоления препятствий, которые ставятся извне обучающегося. Просто в школе эти препятствия «понарошечные», а в реальной жизни — настоящие. Но не будет внешних препятствий — не будет и самого внутреннего развития. Если бы было не так, если бы сознание было не тормозом, а мотором — внешней Реальности бы эволюционно не требовалось, достаточно было бы и одного Сознания.

На сказанном стоит остановиться чуть подробнее. Одним из противоречий представлений традиционной философии, по мнению автора, является какая-то факультативность частей, описываемых монизмом. Скажем, с позиций материализма: первична Материя, это аксиома. А вот каким образом (и зачем?) из Материи появляется Сознание — это теорема и ей требуется какое-то если не доказательство, то хотя бы обоснование. Или, с позиций идеализма: первично Сознание, это аксиома. Но зачем этому Сознанию сотворять Материю? Что заставляет, какая сила или свойство заставляет в одном случае из Материи порождать Сознание, а в другом — из Сознания сотворять Материю?

Ответов на эти вопросы философия не даёт, для неё это традиционная и очевидная данность. Но, как это было показано в самом начале блога — данность эта проистекает всего-лишь из [не осознанной] данности наших ощущений. Мы ощущения приравняли явлениям и получили две составляющих монизма - «Я», соотносимое с Сознанием и «не Я», соотносимое с Материей. Тем не менее, как там же и разбиралось, нет эквивалентности «ощущений» «явлениям», ощущения могут оказаться и ложными, т. е. в общем случае у нас не имеется формального алгоритма установить, что «существует», а что — нет. Материя всё же требует себе Сознания хотя бы для того, чтобы можно было определить функцию «существует».

В рассматриваемом же нами случае нет такого противоречия — Реальность является фактором развития Психики, а Психика — оказывается фактором изменения (развития) Реальности. Вот, буквально, «Психика сопротивляется, а Реальность её вынуждает. Реальность сопротивляется, а Психика её вынуждает». Обе части являются друг для друга и мотором и тормозом попеременно.

Если допустить гипотезу, что Мир основан на буквально всего нескольких фундаментальных, не разложимых на ещё более простые, принципах, то в этом мы видим проявление принципа «всё движется, всё изменяется» и обе монистические части являются друг для друга необходимыми для этого движения. Они не могут быть по отдельности, т.е. дуализм или нейтральный монизм кажутся более адекватными, чем два других вида монизма.

Ну, и напоследок, надо сказать о функционализме. В философии функционализма ментальное понимается, как состояния материального, т.е. с внешней стороны изложенное выше и есть голимый функционализм. Тем более, что и излагаемое автором произросло из того, же из чего появился функционализм — из рассмотрения задач робототехники. И способ описания, применённый автором так же «позволяет выделить принципиально иную систему онтологических различий, несводимую к оппозиции «сознания» и «материи» как это свойственно и функционализму.

Тем не менее, есть и весьма существенные отличия. Функционализм исходит из материального монизма, в то время, как теория автора не является материалистической, она (теория) основана на идее нейтрального монизма — для существования Мира Психическое так же значимо, как и Реальное. В отличие от функционального понимания, в понимании доктрины автора в груде деталей, которые не стали функционирующим роботом не появилось «существования», «существует» только то, что умеет самостоятельно крутить цикл «отражение-деятельность», а всё остальное — только кажется тем субъектам, кто существует. Иными словами, доктрина автора не ограничивается одним языком описания явления (мутабельно только явление, наблюдатель трансцендентен), она считает самого наблюдателя как часть рассматриваемого явления (отражение и деятельность эквивалентны).

О философии, религии и слесарном деле

Философия — чрезвычайно интересное занятие. Ничуть не хуже художественной литературы — автор пишет одно, а каждый читатель видит в написанном что-то своё и понимает автора сообразно своему собственному разумению. Только, художественная литература выстраивает образы из конкретных предметов, а философия — из абстрактных идей. В сегодняшнем посте всё то же самое, что и в прошлом: что есть метод философии – совокупность ли он уже накопленных учений или что-то иное?

С привлечением к нашему с вами блогу внимания профессиональных философов жить определённо стало интереснее. За что им большое человеческое спасибо — ниже ещё будет возможность объяснить по какой причине автор возносит им эту благодарность. При этом, разумеется, нужно на заднем плане держать в уме, что и эти читатели видят в написанном что-то своё — ну, взгляд у них так «профессионально деформирован», деформирован не так, как, скажем у врачей, учителей или инженеров.

Чтобы понять, как ответить на этот вопрос попробуем вместо философии рассмотреть что-нибудь иное и предельно конкретно понимаемое. Ну, скажем, что есть «слесарное дело»? И философия и слесарное дело — род человеческих занятий, поэтому их сопоставление вполне корректно. Они отличаются, но в какой-то сущности у них должно найтись и что-то общее. Отказаться признавать это общее нельзя — если убрать из этого сопоставления человека-носителя занятий, то и первое и второе разом теряют всяческий смысл. Ну, нету в природе отдельных от человека, ни слесарного дела, ни философии. Хотя, возможно, что всякие напильники и гаечные ключи останутся на Земле и в случае полного исчезновения людей, так ведь вряд-ли они и будут той сущностью, которую мы хотим понять...

Получается, что всё «слесарное дело» это всего-лишь совокупность соответствующих умений человека-носителя? На уровне отдельного человека именно так. Но есть ещё и «слесарное дело» на уровне общества — мы, помнится, некогда рассматривали системно связанные явления: если бы они были зубчатой передачей, то это то самое, где зубу одной шестерни непременно должна будет соответствовать впадина другой шестерни. Иначе оно не работает как целое. И в нашем случае так же — отдельному слесарю на уровне общества будет соответствовать много чего. Например, отрасль изготовления слесарного инструмента, отрасль обучения новых слесарей взамен уходящих на покой и т.д. Совершенно допустимо рассматривать слесарное дело как некую общественную идею, которой в разных качествах служит (поклоняется!) множество лично не знакомых друг с другом людей. В общем, можно сказать, что эта идея приносит им какие-то блага: для кого-то она - профессия которая кормит, а кто-то, буде таковая надобность у него возникнет, просто «умеет забить гвоздь своими руками» без обращения к стороннему специалисту.

Но и это не единственное понимание слесарного дела. Даже со стороны просто умений отдельного человека его можно понимать конкретно — умение слесаря держать напильник и добиваться той обработки детали, которая задана в чертеже. Но можно понимать и абстрактно — умение конструктора составлять такие чертежи, которые могут быть выполнены этим слесарем. Много-много лет назад, когда автор ещё только учился на инженера-конструктора, он был свидетелем интересного в философском отношении случая. Студенту было выдано задание сконструировать механизм в котором вал допускал бы вращение вокруг своей оси, но при этом перемещение вала вдоль этой оси надо было исключить. Для этого студент предусмотрел во втулке, в которой вращался вал кольцевую выточку, а на самом валу кольцевой выступ. Будучи собранной вместе эта конструкция решала поставленную задачу. Что при этом показывало всю глубину непонимания этим студентом слесарного предмета в целом — втулка не была разъёмной на две половины деталью: при том, что конструкция абстрактно была совершенно верной собрать эту конструкцию в работоспособный механизм (систему) в любом конкретном случае воплощения было невозможно. Иными словами, отдельные картинки чертежей не складывались у него в голове в целостный непротиворечивый образ инженерного изделия.

Заметим, что всё, что мы рассмотрели выше касается только знаний, умений, представлений и вообще свойств одного лишь субъекта. Реальность — одна на всех, т.е. упомянутая втулка в любом работоспособном механизме обязательно будет разъёмной. А вот люди уже делятся на два класса — одни это обстоятельство понимают и представляют (отражают), а другие — нет. И эта разница зависит не от втулки, а от психической мощности конкретного субъекта — как ранее это тоже упоминалось, например, само явление «изобразительной перспективы» люди открыли для себя не так давно — где-то веке в XIV-XV. Объективно — ничего не поменялось по сравнению с веком XIII, всего-то люди стали иначе видеть и, как следствие, иначе рисовать картины. Хотя и «до» и «после» они смотрели на одно и то же самое. Но вот видели они уже совершенно разное. До нас не дошли и эти люди и их уровень психики, но до нас дошли их картины «до» и «после» из чего мы, собственно, и можем сейчас сделать такой вывод. А вот «был бы у этих людей фотоаппарат» - мы бы не заметили принципиальной разницы в фотографиях [одного и того же предмета или пейзажа] сделанных в X веке и в XX веке. Что ещё раз подтверждает нам, что проблема именно в умении (способе) видеть. Способ-то смотреть определён нашей «аппаратной частью» и, как сейчас представляется, в течение многих тысяч, а то и миллионов лет нисколько не менялся и едва ли поменяется в будущем.

Если всё сказанное выше — очевидно понятно, то зададимся следующим вопросом: «найдите десять отличий слесарного дела от философии». Предмет — другой, а все социальные и вообще зависимые от отражающего субъекта характеристики - те же самые. Ну, разве что «фотоаппарат» которым философ отражает Реальность отличается по конструкции от того, которым отражает Реальность слесарь или даже художник, так ведь сущность-то всё та же самая - смотреть и видеть это разные явления.

При этом, заметьте, нам как-то очень изящно удалось в нашем рассмотрении обойти такую трудность, как предварительное «точное определение философии». На уровне отдельного человека философия это умение особым образом смотреть на Мир, видеть и мыслить. Дополненное на уровне общества соответствующей инфраструктурой отрасли человеческой деятельности — способами обучения, общения, обмена мыслями, издания книг, участия в общественной жизни и проч.

У нас есть ряд критиков, которые не понимают этого — того, что философия это особенный способ смотреть на Мир. Глядя иным способом — обыденного сознания или даже сознания естественнонаучного этого не понять и не увидеть того, что видит философ. И автор уверен — у каждого, кому этот скачок в способе вИдения в своей жизни удавался захватывало дух от того, что в плоской картинке он стал видеть третье измерение. Это же так просто!

Но вся эта апологетика говорится не просто так, а потому, что у нас существуют и читатели, для которых философия (а равно — и слесарное дело, просто люди эти физически разные) является, по своей сути, религией. Вот только они сами не осознают этого явления. Автор надеется, что это не потому, что у них нет к этому способностей психики, а просто потому, что никто до автора не обращал их внимания на то, что можно же на предмет их занятий и так посмотреть. Они же философы, они должны уметь поворачивать свой взгляд. Почему бы им и не повернуть? Чтобы понять, как такое может быть автор приглашает ознакомиться с много ранее написанным http://jivopyra.livejournal.com/10148.html и после этого ответить на простой вопрос — чем «их философия» отличается от описанных в упомянутом посте «монастыря» и «коллайдера»? А ведь и то и то – в том числе и «совокупность накопленных учений».

И это — совершенно не абстрактное обстоятельство. Наиболее точно и ёмко о конкретной небезобидности совокупности потраченных усилий высказался некий автор из сообщества ru_philosophy (я, к своему стыду, потерял ссылку на него). На вопрос «найдут ли Бозон Хиггса?» он ответил в таком духе — представьте себе, что вы ищете древнюю рукопись. И для её поиска оказалось необходимым прорыть в степи туннель стоимостью в 100 млн. Вот, в самом конце этого туннеля её обязательно и найдут, её просто не могут не найти. И опять же, вспоминая то, что сказано в http://jivopyra.livejournal.com/10148.html она обязательно окажется «древней» и «подлинной» - ведь иных специалистов, способных её атрибутировать, кроме тех, кто рыл этот туннель за 100 млн. просто на свете нет. А остальным ничего не останется, как только поверить им.

Чуть повернув взгляд мы увидим схожее явление, состоящее в том, что группа диссидентов от физики подвергает сомнению теорию относительности приводя при этом доводы разной степени разумности. Однако «мировое физическое сообщество» почему-то упорно их не замечает, хотя в частном порядке многие физики признают какую-то часть этих сомнений обоснованными. Почему? Да потому, что диссертации многих физиков или основаны или ссылаются на неё. Попробуй усомнись в ОТО и что тогда будет с твоей собственной диссертацией? А пока у тебя нет диссертации по физике — тебе ли сомневаться в самой ОТО?

И мы, волей-неволей, встаём перед вопросом как оценить «совокупность ранее накопленных учений» сущностно? Действительно ли для того, чтобы понять термодинамику необходимо перед этим в совершенстве изучить теорию теплорода, а теория химической связи будет недоступной без предварительного знания теории флогистона и длинной цепочки тупиковых ходов на пути к её открытию?

Для тех, кто пользуется термодинамикой практически, скажем, для расчёта тепловых двигателей ответ будет «нет». Они же кормятся не с термодинамики, а с двигателей? А вот для тех, кого кормит преподавание самой термодинамики — ответ будет совершенно другим. Ведь именно объём преподаваемых знаний и образует их социальное положение? Это в точности социальное положение программиста, чья успешность работы оценивается по количеству написанного кода, а не по количеству той полезной работы для пользователя, что производит этот код.

В этом автор и расходится с профессиональными философами — в отличие от автора, их кормит именно «совокупность учений», хотя, если к философии поставить чисто инструментальную задачу «научно ответить на поставленный вопрос» то большая часть этих учений окажется абсолютно бесполезна даже в методологическом плане, так же, как для современной философии бесполезны рассуждения схоластов об ангелах на кончике иглы. Для своего времени это было важное упражнение для развития психики, а для исторического времени современной нам психики?

Но ведь это же в точности положение попов, всегда трактующих свою религию в сторону, выгодную исключительно им самим! По роду интересов автор, бывает, сходится в дискуссиях и с верующими людьми. Причём, как с верующими в религию, так верующими и в науку. При всей разности в их учениях поражает сходство их аргументации — а вот ты сначала изучи всё, что мы нагородили в наших священных книгах, а потом и мы прислушаемся к твоим возражениям. Для нас наша религия не способ решать мировоззренческие задачи, а способ кормиться. И посягать на наш способ кормиться мы никому не позволим...

Поэтому автор и благодарен тем профессиональным философам, кто под [подразумеваемой] угрозой диссидентства в своей конфессии всё же снисходит и до дискуссий в этом блоге по существу рассматриваемых здесь вопросов...

Об агностицизме (часть II)

Я напоминаю, что цель данного изложения — создать у читателя понимание предмета. Автору зачем-то нужно, чтобы читатель понимал «проблему агностицизма» не «вообще» и «мала-мала», а по существу того, чем она является на самом деле. Поэтому - объясним понятными словами анонсированное в прошлом посте http://jivopyra.livejournal.com/6810.html.

Зайдём со стороны трансцендентности: если «Х существует» - только чувственное ощущение от X, то откуда вообще берётся первичная формулировка «существует то, что не создаёт чувственных ощущений»? Нет ли уже противоречия в самом сказанном?

Нет, противоречия нет - «существует X» может оказаться утверждением, следующим из доктрины, т. е. из умопостроения вида «если Y то X», при известном существовании Y. Ранее говорилось, что способность «отражать» или «строить доктрины» может рассматриваться и как оборудованность ещё одним органом чувств — даже ворона, наблюдая вкатывающийся в трубу шарик корма ожидает, когда он выкатится с другой стороны, т. е. свои только ещё будущие чувственные ощущения она полагает существующими. Поэтому «трансцендентность» не содержит в себе противоречия, она лишь утверждает, что все трансцендентные понятия являются исключительно доктринальными, умственными. Их никто не ощущал и принципиально нет самой возможности их ощутить:

- Ты суслика видишь?
- Нет!
- И я - нет. А он — есть!
(С) фильм «ДМБ»

Вопреки распространённому мнению, «трансцендентность» не является принадлежностью только идеалистической философии. Скажем, модная сегодня в физике «тёмная материя» обладает всеми признаками трансцендентности — её невозможно исследовать чувственным опытом и её существование — чисто умозрительное построение. Я знаю, что сейчас найдётся критик, который скажет, что «вот, изобретут телескоп...». Но … это ничего не изменит. Гипотеза о существовании «тёмной материи» следует не из чувственного опыта, а только лишь из конкретной доктрины теории относительности. И следует она только для того и только потому, чтобы эту теорию спасти. Если появится некая иная доктрина в той же области своего действия, что и теория относительности, то, может быть, она объяснит наблюдаемые противоречия и без существования «тёмной материи»? И такие построения есть, вот хотя бы здесь http://victorpetrov.ru/?p=132 [автор — не физик и не обсуждает физические стороны проблемы и их адекватность, для его выводов достаточно лишь самого факта «существования другой доктрины»]

Теперь посмотрим на агностичность - утверждая, что «существует X» мы не можем сказать про это X ничего больше. Это — совсем не трансцендентность, это — гораздо более ощутимая вещь. Скажем, наблюдая на ночном небе звёзды мы ощущаем их светящимися точками - «звёзды существуют», это следует из непосредственного чувственного ощущения, а не доктрины. Однако, полагаясь только на эти ощущения мы не можем сказать, являются ли звёзды «лампадами, которые зажигают ангелы» или «раскалёнными газовыми шарами» - нам не хватает чего-то ещё. Ну, например, - инструмента или доктрины, из которых бы следовало какое-то устройство звёзд. Именно это и есть агностичность, кстати и продемонстрированная на каноническом же её примере — до изобретения спектроскопии в физических научных кругах существовали мысли о принципиальной непознаваемости всего, что находится за пределами Земли.

А вот теперь попробуем сказанное ранее обобщить и свести к общей схеме. Для этого соорудим лабораторную установку: возьмём рычажные (для очевидности) весы, поставим на одну их чашку исследуемый предмет, уравновесим его гирями и закроем его (чашку с самим предметом) непрозрачной для наблюдателя ширмой. Поместим перед установкой наблюдателя.

Глядя на весы и на имеющиеся на другой чашке гири наблюдатель скажет про наш предмет «существует что-то», что находится на другой чашке. Это будет его «доктринальное заключение» которое он сделает исходя из общих принципов известного ему мира — если чашка с гирями уравновешивается, то «там — что-то есть». Но вот «что именно» он не сможет сказать, потому, что есть ширма, которая и не позволяет высказаться на этот счёт точнее. Если бы у наблюдателя был рентгеновский аппарат, то для него ширма была бы прозрачной, т. е. проблема наблюдателя, почему он не может сделать заключения о предмете — отсутствие метода, который бы позволил разглядеть скрытый ширмой предмет и понять его устройство.

Вот это «отсутствие метода» может иметь двоякую природу. Может быть так, что у наблюдателя просто нет прибора или доктрины, т. е. если они появятся, то внутри самого наблюдателя ничего не изменится, а агностичность исчезнет. Тогда — дело в объекте, т. е. в каком-то изменении Реальности, но не наблюдателя, чтобы устранить агностичность. Но может оказаться и так, что наблюдатель просто не оборудован соответствующими психическими возможностями и/или органами чувств. Скажем, если к нашей экспериментальной установке посадить слепого человека, то он просто не будет иметь возможности увидеть, даже, если ширму и убрать. В этом случае для устранения агностичности нужно изменять свойства наблюдателя, т. е. Психику. Как мы ранее говорили — это изменение «точки сборки», т. е. набора чувств и образов, которыми Реальность отражает себя в Психике.

Это — два принципиально разных способа устранения агностичности (или — два способа существования агностичности), хотя где-то они и смыкаются. И то, что эволюция человечества пошла протезно-инструментальным путём, а не путём развития психических способностей имеет под собой какую-то причину, не видимую взглядом классической философии [это — не заявка автора эту причину назвать].

Дело в том, что классическая философия никогда не рассматривала наблюдателя, как нечто переменное в своих свойствах. Напротив, в этих свойствах наблюдатель всегда полагался абсолютно совершенным. Видимо — это следствие традиции, поскольку если «человек сотворён по образу Божию, а Бог — всесовершенен», то как-то противоестественно полагать дальнейшее усовершенствование человека даже и в идеалистической философии. Например, всё отрицание агностицизма в доктрине материализма основывается на постулате неограниченного развития человечества понимаемого исключительно в протезно-инструментальном смысле — будут открыты новые приборы, но у человека не появится «третий глаз» или иной способ строить модели.

На самом же деле: наблюдатель меняется — психиатры отмечают, что психика с невеликой скоростью, но претерпевает развитие и усложнение своих структур. Это справедливо и для отдельного человека и заметно в поколениях для всего человечества — например, сегодняшнее понимание такой психической структуры, как «личность» совсем не такое, каким оно было, скажем, у древних греков. Соответственно, и устройство общества — тоже другое, другие и представления об общих возможностях человека, понимаемого именно, как проявление Психики. БОльшие психические возможности (даже понимаемые просто как сила нервной системы и способности строить более глубокие абстракции) позволяют оперировать более сложными моделями Реальности. Но Реальность — всё равно больше нас, т. е. построить модель Реальности адекватную всей Реальности мы (хотя бы в нашем теперешнем психическом состоянии и физическом воплощении) не можем никогда. В этом смысле Мир — действительно непостижим, хоть и для постижения его можно бесконечно двигаться в произвольном направлении.

Однако, заметим вот что. Без всякого противоречия мы можем понимать способность отражать, как просто ещё один орган чувств — появление мозга и способности к высшей нервной деятельности есть такой же приспособительный механизм, как и возможное появление/исчезновение «третьего глаза» в виде отдельного органа. Ну, ранее раздражение от глаза прямо шло к мышцам, а стало идти через нелинейный нервный узел. При этом, излучай наше светило максимум не в видимой области спектра, а, скажем, в инфракрасной — и конструкция обычного глаза тоже была бы другой. А имей человек возможность напрямую усваивать энергию солнечного света — другим были бы и жизненный уклад и устройство общества. Т.е. и мы сами как «отдельные личности» и «наша конструкция организма» и устройство среды нашего обитания — всё это есть следствия чего-то внешнего по отношению к нам самим. Причём — довольно целостного внешнего, поскольку всё оно уж как-то больно ладно друг к другу приложено (неважно, следствие ли это «сотворения» или «эволюции», это всё равно — внешние явления). Скажем, будь иными (на сотые доли) некоторые фундаментальные физические постоянные — и не образовалось бы вещества, способного превращаться в энергию. Будь иными расстояние между Солнцем и Землёй или класс нашей звезды — едва ли могла бы возникнуть углеродная форма материальной жизни. Т.е. мы — следствие чего-то внешнего, но при этом мы-то сами для себя первичны, и это внешнее данное нам, дано не так, как мы сами, а только «в ощущениях», т. е. оно «вторично».

Сказанное — очень интересная «реперная точка». Понимая первую часть сказанного надо признать, что первична Реальность. Понимая вторую — что первична Психика, без которой Реальность не «существует». Автор этого изложения (пред)полагает, что это — только артефакт, что на самом деле и Реальность и Психика это просто две формы существования одной сущности, они - «рождаются сразу парами», просто имеет место быть та же относительность, как и движение пейзажа за окном автобуса — стоя на пейзаже видишь движущимся автобус, а стоя в автобусе — пейзаж. И, в сущности, этот артефакт есть лишь следствие невозможности глаза увидеть самого себя.

Но, есть в этом обстоятельства и ещё более тонкого свойства. В философии ведётся давний спор «где существует объект» - вещь это то, что создаёт ощущения о себе или вещь — это то, как мы представляем себе эти ощущения. Камень — он и «в Реальности» камень, или он — только форма нашего внутреннего структурирования ощущений? Для «объектов» наподобие «камня», которые даны в непосредственных ощущениях это амбивалентный вопрос. А вот как быть, если «объект», для которого имеются чувственные ощущения подтверждающие его «существование» - чисто доктринален, т. е. его самого невозможно «взять и потрогать»? Ну, вот тот же «фотон» - это же чисто доктринальное понятие, его существование подтверждается только косвенным экспериментом. Допустим, что тренированный глаз способен в виде вспышек заметить и отдельные фотоны, но кто ощущал, что фотон - «это отрезок синусоиды взаимопревращений Е и H»? «Есть» вот этот отрезок синусоиды (он - «свойство самой вещи») или он — чистая выдумка (он - «свойство представления о вещи»)? Не говоря уже о том, что и сам весь «фотон» - это «сама вещь» или всё же лишь «представление о какой-то вещи»? [Если читателю мало «фотона», то он может повторить все те же рассуждения для «тёмной материи»]

Мы приходим к мысли, аналогичной понятию «электронной плотности» в атоме - понятие объекта принципиально не имеет чётких границ в дихотомии «Реальность-Психика», даже, если мы имеем об объекте самые непосредственные ощущения. Скажем, самый обычный «комод» одновременно является и «массой дров» и «стойкой с ящиками» и «сгустком нуклонов и электронов» - нечто, что создаёт ощущения о себе одно и то же, а вот какие именно формы примет структурирование этих ощущений зависит от … субъекта. Иными словами, наш «комод» - это ассоциация некоей конкретной части из Реальности с некоей конкретной частью из Психики и ничто иное. Если заменить «конкретную часть» - что из Реальности, что из Психики, то мы получим что-то другое. Скажем, вместо «комода» - «дрова» (заменим Психику) или «шкаф» (заменим Реальность). Это — две неотъемлемые части, а не одна.

Таким образом, материалистическое представление о том, что «комод — существует вне нас и вне зависимости от нас» является не более, чем артефактом вызванным одинаковостью положения «точки сборки» у всех людей — в силу этого обстоятельства разные люди будут представлять себе ощущения от Реальности в виде «комода» и сложится [ложное] ощущение, что наблюдателя можно устранить совсем, а комод — всё равно останется :) Ранее говорилось, что это — всего-лишь свойство «трансперсональности», т. е. независимости от конкретного экземпляра наблюдателя, но не от наличия наблюдателя в этой схеме вообще.

И вот, понимая это, мы попробуем приступить к анализу Абсолюта...

Об агностицизме (часть I)

На самом деле предыдущий пост должен был называться «О «физиках», агностицизме и Абсолюте», но и он оказался неподъёмно длинным. Тем не менее наша цель - коммунизм Абсолют и в этом посте - об агностицизме... Это прямо связано с постом о, как изящно выразился один из моих читателей, «наивных реалистах» которых я назвал «физиками» - материализм отрицает агностицизм, а позитивизм — состоит из агностицизма чуть менее, чем полностью, но наивным реалистам как-то удаётся придерживаться и того и другого одновременно не видя в этом никаких противоречий :)

Посмотрим же, как им это удаётся. Под названием «агностицизм» известны несколько разных явлений. Существует религиозный агностицизм, выражающийся в догмате «никакой человеческой деятельностью на Земле невозможно доказать ни существование, ни несуществование Бога». Это - явление из области веры и не наша тема. И существует философский (он же — научный) агностицизм — философская позиция о непознаваемости Мира. При этом, если обратиться к источникам знания, то на первый взгляд, кажется, что там «ничего не понять» - настолько кучеряво всё это завёрнуто и настолько учёными словами записано. Но мы ведь собираемся разбираться не по названиям знакомых слов, а по тому, что эти слова называют...

Классическая философия построена на противопоставлении «идеального» - «реальному», «Сознания» - «Материи». [Неявно] полагается, что-то одно должно быть «первичным» (понимая первичность, как причину одного для другого). Так ведь это — только чистая доктринальность. Мы не видим никаких эмпирических подтверждений этому. Напротив, самый непосредственный чувственный опыт говорит нам, как минимум, о дуализме — не существует ни объекта, ни субъекта без их неразрывной связи между собой. При этом само понятие «существования» в классической философии — чувственное ощущение, а не абстрактное понятие. Что, например, доктрину материализма ставит в весьма интересное положение — она постулирует некое «существование [материи] вне зависимости от субъекта» при этом всецело опираясь в этом определении на .чувственные ощущения... субъекта же. В доктрине материализма «существует» - только то, что доступно субъекту в ощущениях, а что ему недоступно — того и «не существует» но при этом — это самое оно каким-то образом «существует» вне зависимости от [существования] этого субъекта :)

Но, начнём по порядку возникновения проблем. Что такое «агностичность X»? А это всего-лишь признание, что «X существует» И что ничего более про этот X субъект сказать не может. Т.е. в некотором смысле «агностичность X» в чём-то смыкается или эквивалентна «трансцендентности X». При этом «трансцендентность» определяется как «принципиальная недоступность опытному познанию», а «агностичность» - как «невозможность познания Реальности иначе, чем через её объективные проявления».

В приведённом выше абзаце — все слова значимы. Что такое «объективные проявления»? В конечном итоге это — способность исследуемого X создавать о себе чувственные ощущения в субъекте. Либо непосредственно (тяжесть вложенного в руку камня), либо опосредованно каким-либо другим явлением (отклонение стрелки амперметра под действием текущего через него тока), но «объективные проявления» предполагают ту самую триаду «субъект ощущает объект» - Реальность создаёт ощущение того, что субъект называет «объектом, находящимся вне нас». Стало быть, нет «чувственного ощущения» - нет и «объекта Реальности», нет самого предмета для познания.

В этом — суть позиции агностицизма, которая утверждает очень здравую мысль: никакие умственные (доктринальные, как мы скажем) построения не могут считаться «существующими в Реальности» если они не подтверждены «опытом». Существует традиционный предмет на котором подобного рода построения проверяются — это «Бог». У нас нет чувственного опыта о нём, стало быть утверждать, что «Бог существует в Реальности» мы не можем. Мы, правда, не можем утверждать и обратного — несуществование недоказуемо в той же системе понятий, в которой доказуемо существование. И вот это-то и есть тот самый общепринятый «агностицизм» - может быть «Бог» существует, а может быть — и нет. Что-либо точнее этого — мы не знаем и не можем узнать [И это — чистая правда. «Бога нет» или «Бог есть» - только аксиомы.]

Теперь посмотрим на «принципиальную недоступность опытному познанию». По сути - это утверждение о том, что … существуют такие «явления X» которые принципиально не могут создавать о себе чувственные ощущения. Как вот только что упомянутый «Бог», который, по совместительству, ещё и «трансцендентен». И мы упираемся в то, что ключевыми вопросами, позволяющим хоть что-то понять из сказанного является интерпретация терминов существовать и чувственный опыт. Скажем, молитвенный экстаз верующего человека — это «чувственный опыт» или нет? А если задаться вопросом, создаёт ли элементарная частица «электрон» чувственные ощущения именно о себе? А если учесть, что неявно принятое в классической философии определение «существовать - это создавать чувственные ощущения»?

Последнее утверждение, кстати, вообще обнуляет все такие построения - «существовать» и «иметь чувственный опыт» это одно и то же понятие, только рассматриваемое «с разных торцов» - если смотреть со стороны субъекта, то это будет «объект существует для субъекта», если смотреть со стороны объекта «субъект испытывает чувственный опыт от объекта». Интересно так же и то, как может «существовать» некий X, который принципиально не может создавать о себе чувственные ощущения (а это — определение «трансцендентности»)?

И мы и в этом вопросе подходим к тому, чтобы всё перечисленное выше связать в простое целостное представление и объяснить его понятными словами...

Почему в дырках ничего нет

Детский вопрос, проставленный в заголовок поста при попытке на него ответить обнаруживает изрядную глубину смыслов, почти такую же, как и та глубина в которую мы попробуем заглянуть в этом посте. Мой читатель задал несколько интересных вопросов, возникновение которых показывает, что и «новая философия» не свободна от парадоксов. Однако, попытка ответить на них разворачивается в весьма пространный текст, много больший одного поста. Обдумывая как можно построить хотя бы часть этого ответа я совершенно случайно обнаружил, что существует способ перейти от одного к другому без разрывов шаблона.

Для начала нам надо договориться о терминологии и немного вспомогательно порассуждать. Фактически у нас сейчас складывается довольно редко случающееся обстоятельство — об одном и том же предмете мы имеем сразу две разных доктрины, базированные на одной и той же эмпирике. Образно говоря, мы видим один и тот же набор явлений двумя глазами, а не одним. И можем воспользоваться всеми преимуществами бинокулярного зрения, т. е. увидеть «в объёме» детали, которые по отдельности незаметны ни в одной, ни в другой доктрине.

Чтобы не путаться в терминологии: до конца этого поста термины «есть/нет» применяются для описания «существования» в доктрине построенной на понятиях «объективной реальности/субъективной реальности», а термины «существует/не существует» - для описания «существования» в доктрине, построенной на понятии «субъекта взаимодействующего с объектом». В философии вообще не хватает слов, а в онтологии — особенно, но именно в данном случае существует пара схожих терминов, чем мы обязательно и воспользуемся.

Теперь совершим небольшое вспомогательное рассуждение. Поговорим о Бытие. Если вольно высказывать суть этого термина классической философии, то Бытие - это «вообще всё, что есть/существует» в таком ещё представимом себе виде. При этом всё время нужно помнить, что, возможно, само понятие «Бытия» может оказаться и артефактом — явлением, которое кажется нам существующим только вследствие того способа восприятия, которым мы оборудованы.

Ранее такое рассматривалось для понятия «Бог» идеалистической философии — поскольку в нашем способе чувственного восприятия «наблюдатель» всегда позиционируется находящимся снаружи «наблюдаемого объекта», то при попытке представить себе Мир как «самый предельный объект» мы самопроизвольно получаем и представление о «самом предельном наблюдателе», который и есть этот самый «Бог». Есть Он или Его нет — мы не знаем (это не дано нам в ощущениях непосредственно, а при попытках умствования мы упираемся в агностичность этого вопроса), но место для существования Его заготовлено самим устройством нашей психики.

Происходит это совершенно самопроизвольно, потому, что наш способ представления таков. Мы просто не в состоянии [чувственно] представить себе какое-либо иное отношение. При этом наличие такой символической абстракции, как «математика» сообщает нам о том, что корректно описать для исследования можно и вовсе непредставимые в ощущениях вещи, но «вторая сигнальная» у человека работает много медленнее и затратнее «первой сигнальной», ввиду чего всё, что мы исследуем или создаём стремится к существованию в виде [чувственно] представимых моделей. Самым ярким примером сказанного является понятие «таблица». В двумерном виде она обладает потрясающей наглядностью, в трёхмерном — наглядная представимость ещё есть, а более, чем трёхмерные таблицы можно и не рассматривать — выигрыша от их использования уже нет. Хотя понятие N-мерного вектора как «абстракции» от этого не перестаёт быть полезным.

Соответственно сказанному выше можно посмотреть и на Бытие. По доступной нам сути оно есть … контейнер. Всё, что «есть» находится в пределах этого контейнера, а чего «нет» - вне его пределов. И это — тоже естественный наш способ наглядно представлять себе понятие «множества». Поэтому вопрос о том, «есть» Бытие или его «на самом деле нет» — вопрос неоднозначный тем, что в данном предмете весьма трудно провести границу между «объектом» и «субъектом». Можно даже сказать, что для классической философии этот вопрос едва ли будет когда разрешимым — как раз вследствие того, что наблюдатель Бытия и сам же располагается в этом Бытие, т. е. имеет место быть попытка тем способом представления, который у нас есть представить себе предмет, по природе своей непредставимый именно этим самым способом.

Можно «пойти от противного» и рассмотреть «не Бытие» - Небытие. Такие попытки делались, вот пример одной из них http://www.ark.ru/ins/zapoved/zapoved/nebytie.html Примечательно, что в данном случае аксиология (если так можно сказать) этой работы — математическая. Т.е. в ней делается попытка представить философию как частный случай логической теории. [С точки зрения автора, это — неправильный подход. Философия всегда была наукой о смыслах, т. е. о том, что принципиально непредставимо совершенно формальной теорией, на вопрос «в чём сущность X?» просто невозможно ответить рассматривая одни лишь формы этого X]

Понимая сказанное мы возвращаемся к исходному «а что есть?», т. е. как это обстоятельство «есть ли?» установить. В классической философии заключение «есть/нет» делается по наличию чувственного ощущения субъекта вызываемого объектом. Так ведь и в предлагаемой доктрине заключение о «существует/не существует» делается тем же самым методом, просто классическая философия потом абсолютизирует это ощущение отцепляя его от субъекта и намертво сцепляя с объектом в виде «существует вне нас, вне зависимости от нас», а предлагаемая доктрина не делает такого сцепления — она всегда различает какое заключение из которой стороны отношений (субъекта или объекта) произошло.

Если сказанное иметь ввиду, то и основная причина парадоксов оказывается кажущейся. В констатации «объект — есть!» читатель полагает, что «объект - существует!». А ведь это не так - «есть» не «объект», а, буквально «незнамо что» - как раз то самое, что и создаёт внутри наблюдателя чувственное ощущение «объект есть»! Источник раздражений органов чувств находится снаружи наблюдателя, но вот ощущение именно «объекта» - создаётся исключительно внутри наблюдателя. Поэтому «существование объекта» - явление, кажущееся вследствие проекции всех свойств триады «наблюдатель — наблюдение — объект» на объект, но не присутствующее (оно не «есть») в том виде, в котором оно нами и воспринимается. Ведь на самом-то деле снаружи нас «есть» лишь нечто, имеющее природу неизвестную нам в своей сути, но данную нам в ощущениях. Эти-то самые свои ощущения, спроецированные вовне мы называем «объектом». И это обстоятельство: отождествление своих внутренних ощущений с присутствием их причины в той же самой форме в которой мы её всего-то лишь ощущаем - коренное заблуждение доктрины материализма.

Чем проще мысль — тем сложнее её понять. Автор уверен, что и к сформулированному выше абзацу это относится в полной мере. В таком случае смыслы приходится показывать на аналогиях и аллегориях. Таковая аналогия существует и в данном случае. Название ей — «фотографическая карточка». Если взглянуть на фотографию под очень большим увеличением, то мы не увидим ничего, кроме совокупности разноцветных точек разной «оптической плотности». Это — и есть «объективная сущность фотографии». Но, стоит удалить фотографию на некоторое расстояние от наблюдателя и наблюдатель перестанет видеть в фотографии хаос точек — вместо них он увидит образ предмета, образованный примерно тем же способом, каким этот образ глаз формирует с натуры. Этот образ есть «субъективная сущность фотографии», он как раз и формируется той самой совокупностью точек, что мы увидели под большим увеличением.

Обе сущности нисколько не противоречат друг-другу, просто одна из них выражается посредством другой, или: совокупность цветных точек есть «форма» в виде которой существует образ на этой фотографии зафиксированный, он-то и есть «сущность» конкретной фотографической карточки. Но вот вопрос — где именно есть (каково его место расположения) этот самый «образ», который представлен совокупностью разноцветных точек? Образ этот находится в наблюдателе, т. е. в субъекте, рассматривающем карточку. И образ этот - есть в нём ранее того момента, как наблюдатель взял в руки карточку. В противном случае наблюдатель не увидит образа, он увидит только разноцветные пятна.

Аналогичная ситуация складывается в кинотеатре — полный зал людей разглядывает совокупность только цветных пятен, но видит за этими пятнами гораздо бОльшие явления и смыслы, чем те физические процессы, которыми эти явления представлены на экране. Можно сказать, что именно-то физики процессов зрители в зале и не видят. Они видят то, для чего эти физические процессы являются только переносчиками, т. е. формой экзистенции. Зал видит «драму», вполне при этом понимая, что действие на экране — «ненастоящесть», грубо говоря — что не надо стрелять в экран увидев, что на нём творится какая-нибудь несправедливость. Но сама-то «драма» воспринимается залом как «настоящая», хотя объективно это — только цветные пятна.

Совершенно то же самое мы имеем и в случае классической «объективной реальности» - «объект реальности», который мы полагаем присутствующим «вне нас» на самом деле есть только образ внутри нас существующий, «вне нас» существует одна только причина этих чувственных ощущений, которую мы называем Реальностью. Реальность для нас — только переносчик/активатор тех образов, которые есть в нас внутри. Реальность — это цветные пятна в фотографии, а «объекты реальности» - это то, что мы видим разглядывая эти пятна. И если чувственное ощущение будет, а образа внутри нас ещё нет — мы не опознаем эти «объекты» существующими.

Образ внутри нас можно создать разными способами. Способ, которым пользуются существа, оборудованные «первой сигнальной» - непосредственное чувственное ощущение. Оно нуждается в демонстрации ощущения и закреплении поведенческой реакции на него (формировании условного рефлекса). Существа, оборудованные «второй сигнальной» могут сформировать себе образ передачей непосредственно абстракций с использованием символов. Второй способ богаче по своим возможностям, но иногда требуется и личный чувственный опыт для того, чтобы абстракции можно было совместить с ощущениями в некое целостное представление. Скажем представление об абстракции «веса в 10 килограммов» закрепляется ощущением тяжести от него. Однако, не запрещено существовать и людям, которые не знают что «эта тяжесть весит 10 килограммов» или «насколько тяжело 10 килограммов тащить».

Развивая далее эту логику мы должны заключить, что и сама «физика» - не более, чем существующая исключительно в нас абстракция, т. е. наше только «представление» (в строгом психологическом смысле этого термина!) о том нашем окружении, что мы называем Реальностью. Мы всего-лишь представляем себе наши чувственные ощущения от Реальности именно таким способом структурирования. В частности, чувственное явление «заход Солнца вечером и восход его утром» состоит в том, что ощущения от Солнца исчезают вечером и вновь возникают утром. Если воспринимать это явление только посредством «первой сигнальной», то мы сделаем вывод, что вечером Солнце перестаёт существовать, а утром — начинает существовать. Чувственных-то ощущений от Солнца ночью нет? То, что Солнце существует и ночью (в виде объекта, загороженного от наблюдателя Землёй) — это наше представление о том, как структурированы ощущения от Реальности в данном случае. Мы можем истинность/ложность этого представления проверить каким-либо способом, но это уже будет работа «второй сигнальной», которая построит абстракцию и сделает выводы, какие именно ощущения «первой сигнальной» должны бы наблюдаться в том случае, если эта абстракция правильна.

Можно построить и рассуждение обратное сказанному. Например, у нас имеется представление о том, что взорвавшийся предмет прекращает существовать. Наблюдая взрыв предмета мы совершенно естественно удаляем его из числа того, что представляем себе «существующим», хотя, возможно, что в некотором, условно говоря — абсолютном, смысле предмет вовсе не «перестаёт существовать» в какой-то форме своей экзистенции. Например, масса взрывчатого вещества переходит в массу облака газа, который рассеивается. Так ведь и абстракция «масса сохраняется» - это тоже только наше представление об ощущениях, которые мы ожидаем получить от Реальности в этом случае, а не сама Реальность?

Те же самые рассуждения можно повторить относительно любых известных нам «законов природы» - «закон сохранения импульса» является всего-лишь нашим представлением о том, какие чувственные ощущения от движущегося тела мы [достоверно] ожидаем получить в некотором будущем зная ощущения от него в настоящем или прошлом. Если бы мы были оборудованы каким-либо способом знать о Реальности «как оно на самом деле есть», то, возможно, что наши ожидания бы никак не совместились с этим «на самом деле».

Вот физический пример такого несовмещения — эксперимент с «запутанными фотонами» показал, что оба фотона, разнесённых на ощутимое в эксперименте расстояние (т. е. погрешностью измерений не объяснить) синхронизируют своё квантовое состояние со скоростью большей скорости света. В этом эксперименте мы наблюдаем противоречие, но противоречие чего чему? Противоречие Реальности? Нет, конечно — мы наблюдаем противоречие одних наших представлений о Реальности другим нашим же представлениям о ней же. В частности наше представление «материальная скорость больше скорости света невозможна» приходит в противоречие с представлением о «двух разных фотонах в пространстве». При этом какова та Реальность, что создаёт у нас и ощущения «скорости» и «двух фотонов» и «пространства» на самом деле, в своей сущности, мы не знаем. Если мы захотим устранить это противоречие, то мы, например [автор - не физик, пример этот не о физике, а о способе мыслить!], можем изменить своё представление о «пространстве» - «на самом деле» «запутанные фотоны» это не две частицы, а только две проекции одной и той же частицы из некоего «гиперпространства» в то «пространство» которое мы себе ощущаем. Но в самой Реальности ничего не произойдёт, она останется той же, что и была, произойдёт только изменение наших представлений о ней, в частности, мы начнём полагать «существующим» некое «гиперпространство», которое ранее полагали «не существующим». И будем строить свои чувственные ожидания с учётом влияния этого «гиперпространства».

Сказанное — ответ на вопрос, заданный в предыдущем посте о существовании радиоволн и чертей. Но одновременно этот ответ вводит и некое неуничтожимое присутствие какого-то «нечто», в котором в самом буквальном смысле «может быть всё»: и радиоволны и черти, и мы сами (наблюдатели, имеющие представления об этом «нечто») — тоже. Причём интуитивно ощущается, что сам вопрос «что в нём есть» или агностичен или вовсе некорректен. И эта некорректность — есть ощущаемое нами проявление того Бытия, о котором мы рассуждали в самом начале. У нас просто нет способа представить «это» как-то иначе, чем в виде контейнера — мы не оборудованы таким способом восприятия. А Бытие, видимо, контейнером-то и не является. По этой же причине мы не можем себе представить и того, что могло бы не входить в этот контейнер. У нас просто нет для этого ни слов, ни образов, ни возможностей психики.

Всё, что мы можем сказать об обнаруженном (логично обнаруженном) «нечто» - оно абсолютно трансцендентно, т. е. мало того, что «оно — есть» или «оно — существует» [и это — достоверный вывод, такой же, как «Я — существую»!], так и все его свойства — бесконечны. В нём содержится (иначе мы не представляем) «всё», при этом «что именно» конечным образом выяснить невозможно. Можно сколь угодно двигаться в его познании, Мир — познаваем, в том смысле, что процесс его познания не имеет пределов. Но никогда невозможно исчерпывающе выяснить, что же в нём присутствует — в нём заранее «всё, что угодно», в том числе и то, что мы пока не знаем или то, что противоречит известным нам знаниям о нём же самом. Понимая его как контейнер мы не можем даже поставить вопроса о его границах — ни в логическом, ни в пространственно-временном смыслах, даже вопроса в таком виде: «в каком контейнере содержится сам этот контейнер» - как только мы станем это делать мы немедленно получим бесконечную же рекурсию. Оно не является ни «субъектом», ни «объектом» (или — оно есть и самый предельный объект и самый предельный субъект одновременно), поскольку включает в себя (состоит из) всё, что может являться и объектом и субъектом и взаимодействием между ними. При этом имеющиеся у нас знания позволяют полагать его системность, структурность и сущностную монистичность [обо всём этом далее] — всё, что в нём есть является просто многообразием форм одной и той же сущности, сущность самой которой (сущность сущности) — непостижима и не дана в ощущениях. Оно — абсолютный [по крайней мере — для нас, носителей Психики в белковой форме существования] предел «того, что есть» или «возможно быть» в каком бы смысле ни понимался сам этот термин «быть» - чувственно или как-то абстрактно.

Автор называет это «нечто» Абсолютом, именно в том смысле, что сформулирован выше. Возможно, что это тот же самый Абсолют, как его понимают некоторые религиозные доктрины, но у автора нет в том уверенности, поскольку этими доктринами он не занимался. Специально для религиозных людей автор скажет, что Абсолют — не Бог и не Сила, а для материалистов — совсем и не Действительность, поскольку все названные категории меньше этого Абсолюта либо по «контейнменту», либо по степени трансцендентности свойств...

О существовании

Ну что же, перемена закончена. Продолжим. Попробуем сформулированным ранее взглядом посмотреть на практические вопросы. Начнём, чтобы не размениваться на мелочи — с самого основного вопроса философии. С вопроса «существования».

Если внимательно всмотреться в решение этого вопроса средствами классической философии, то обращает на себя внимание прежде всего страшная эклектичность, противоречивость и, в конце-концов, - незаконченность решённости этого вопроса в рамках философской науки. В том, что это так нетрудно убедиться и самостоятельно. Как и в случае с «Реальностью» достаточно пройтись по статьям философского словаря. Ну вот, например, пройдёмся:

Существование — аспект всякого сущего в отличие от другого его аспекта — сущности.

Аспект (от лат. aspectus — вид, облик, взгляд, точка зрения) — одна из сторон рассматриваемого объекта, точка зрения, то, как он видится с определённой позиции.

Сущее — существительное, образованное от причастия «существующее», означает «то, что есть». В философии сущее рассматривается в двух аспектах — со стороны своей определенности, сущности, и со стороны своего существования, бытия.

Су́щность (лат. Essentia) — то постоянное, что сохраняется в явлении при различных его вариациях, в том числе и временных, сердцевина бытия. Сущность выявляется ответом на вопрос: «Что есть сущее?», который следует отличать от вопроса о бытии: «Есть ли?».

Бытие́ — философское понятие, в самом широком значении фиксирующее существование вещей. В более узком значении, характерном для фундаментальной онтологии М. Хайдеггера, бытие фиксирует аспект существования сущего в отличие от его сущности. Если сущность определяется вопросом: «Что есть сущее?», то бытие вопросом: «Что значит, что сущее есть?».

Вы что-нибудь поняли? Я — не понял ничего, кроме того, что имеет место быть рекурсивная перестановка слов и взаимных ссылок. Единственное здравое зерно во всей процитированной ахинее это определение «существущее — это то, что есть». Всё остальное — это слова, не означающие ничего.

Почему так? А ситуация в своей сущности (определение см. выше) очень проста — никакого понятия мы не в состоянии определить «вообще», в «абсолютном смысле». Всегда за понятием стоит какая-то модель явления, а понятие — это не что иное, как только название отдельной части этой модели. Поэтому и все названные выше термины — тоже должны быть названиями частей какой-то общей модели, а «существование» - таким процессом, который эта модель [понимаемая в самом общем смысле, как «набор представлений»] описывала бы. Вы знаете такую модель? Мне она неизвестна. Именно поэтому, а не по какой-то иной причине (например - темноте и самонадеянности автора этого текста) все названные выше определения и являются ахинеей, хоть и очень учёно выглядящей. Вот за такие-то выкрутасы «философов» и травят «физики» :) И, как автор думает — совершенно заслуженно.

Между тем не требуется ничего, кроме заурядного здравого ума для того, чтобы понять как выглядит ситуация «на самом деле». Ведь трудности с определением «существования» в философии системно закономерны — не просто так, не по случайному стечению обстоятельств попытка дать всего-лишь определение существованию утыкается в непроходимые проблемы. Автор уже предлагал эту задачку для самостоятельного решения читателю, предложит и ещё раз — попробуйте сами дать определение «существования» не сваливась в рекурсию?

И дело вовсе не в том, что есть «интуитивно понимаемые вещи». В математике понятие «точка» тоже не имеет формально исчерпывающего определения, но это не мешает считать формулировки, наподобие «...геометрическое место точек...» формально корректными. Почему? Да всего-лишь потому, что у понятия «точка» имеется сущность - точка это «квант места», т. е. положения в пространстве. Абстракция, понятная в своей сути не вызывает проблем с пониманием и во всех возможных формах её воплощения. Но какова сущность «существования»? В этом-то и дело...

На самом же деле правда об этом предмете ещё жутчее — в классической философии не было, нет и не может быть дано строгое и логичное определение «существованию» как термину некоей модели потому, что... в ней никогда и не ставилось, а может быть и даже не осознавалось, такой задачи. Понятие «существовать» вся классическая философия понимает самоочевидно, как чувственное ощущение наблюдателя [Да-да, и сам пресловутый «материализм» со своим «...вне нас и вне зависимости от нас...» - тоже понимает существование так!]. «Существует то, что я ощущаю существующим» — вот тот самый базис на котором строится здание класической философии. В анализе опыта сенсорной депривации и мы особо указывали, что не нужно как-то додумывать и определять понятие «существования», поскольку оно самоочевидно из самого опыта. И ни у кого не возникло и тени сомнения, что мы совершаем неправильное действие …

Именно вследствие этого неосознаваемого обстоятельства — понятие «существования», (вообще-то, - основное понятие философии!) которым оперирует классическая философия вообще не является частью теории — и возникает та непроходимая трудность с формулировкой его последовательного и логичного определения.

Если приводить какие-то аллегории и аналогии для наглядного сравнения и понимания, каков на самом деле масштаб этой «особенности», то это примерно то же самое, как если бы у нас сейчас существовала физика, но эта физика не знала бы понятия «численной меры». Скажем, вместо «массы в X килограммов» она бы оперировала понятиями «тяжёлый камень» и «камень лёгкий». Ну, ведь чувственное ощущение наблюдателя оно действительно такое — не «масса в 10 кг» и «масса в 1кг», а «тяжёлый камень» и «камень лёгкий»?

Читатель «естественнонаучной направленности» теперь имеет шкалу масштаба, чтобы понять меру отличия «естественных» наук от наук «неестественных». К сожалению, успехи физики за два-три последних века притормозили развитие философии, но это вовсе не означает, что философия умерла. Жёлтый туман ещё себя покажет! (С) Арахна :)

Сказанное выше, однако, есть не более, чем лирика. Делать-то что? Но, вспомним, что осознание проблемы есть первый шаг к её решению. Попробуем коротко перечислить те противоречия, которые известны нам (на самом деле — вдолблены в нас во время нашего обучения и социализации) по обсуждаемому вопросу. Этот список приводится здесь только для того, чтобы показать, что противоречия-то эти всегда и были, просто мозгопромывочная машинка в детстве и юности особо эффективна...

«Реальность — … существует вне нас и в не зависимости от нас и наших знаний о ней...».

Проверочный вопрос — а как тогда узнать, что «не существует»? Если реальность существует ортогонально к тому, что мы знаем про неё сейчас, то как, например, отрицать существование чертей? Есть «черти», есть! Просто мы он них не знаем ничего, как до XIX века мы ничего не знали о «радиоволнах». [Тоже интересный для схоластики вопрос — «существовали» ли «радиоволны» до того момента, как они были обнаружены в своих свойствах?] Если же исходить из основного постулата материализма «всё, что существует — дано нам в ощущениях, а что не дано — то и не существует», то тогда определяющим фактором оказывается конструкция «данность субъекту в ощущениях». И оказывается, что «вне зависимости от нас» - ложная формулировка. Правильным-то было бы «Реальность — ...существует в наших ощущениях о ней...». Есть ощущения — есть Реальность, нет ощущений — и Реальности нет. Заметим, что в данном случае вопрос «что есть — существование?» не поднимается вообще. Ни нашей критикой, ни самой доктриной материализма. Критикуется аксиоматичность «вне нас». Получается, что без нас — таки никуда? Можно стоять на «вне зависимости от нас», но тогда выходит, что черти — существуют? Ибо, как иначе «чертей» отличить от «радиоволн»?

Автор понимает, что тут обязательно найдётся критик, который скажет, что «нас» понимается не в лично-индивидуальном, а в категориальном смысле - «нас» это «сознание вообще». Только, что это меняет? Если не будет «Сознания» и доступных ему ощущений, то как установить, что в «Реальности» не существует чертей?

Существует — это то, что «есть» или то, что «имеется в наличии»

А что «есть»? Вообще говоря, эта постановка проблемы — подмножество проблемы рассмотренной выше. Но фраза «имеется в наличии» образует дополнительную подсказку — «в наличии» перед кем? Ведь корень «лич-» - это «лицо», в смысле «субъект», «личность».

Парадокс существования «вообще» и «здесь и сейчас»

Представим себе дом. В этом доме хозяин прячет ружьё в тайнике, а потом - продаёт дом другому человеку ничего не говоря ему про тайник. На дом уже нового хозяина нападают бандиты и он организует оборону. При этом возникает вот какое противоречие. В доме «вообще» есть ружьё. В самом настоящем «реальном и материалистическом смысле». Только вот его современный хозяин это ничего не знает про него, а потому обороняется так, как будто оружия у него нет. Возникает вопрос — в какой модальности «существует» это ружьё? Если рассматривать материалистическую модальность «вне нас и вне зависимости от наших знаний о нём», то «ружьё — существует». Но почему-то события развиваются так, как будто этого ружья нет — его никто не ищет, не связывает свои надежды с ним и не пытается использовать. По совершенно объективному течению событий «здесь и сейчас» - «ружьё - не существует». Причина - «субъект не знает о существующем объекте». Опять — мало одного объекта, для заключения о существовании нужны и качества субъекта.

Этот парадокс известен давно. Каждый их нас в этом парадоксе хоть раз, но принимал участие в каком-нибудь его виде. Например, автор этого текста ни разу не был в Антарктиде, тем не менее сам факт того, что «Антарктида — существует» автором не подвергается сомнению. А по какой причине так, и как отличить «Антарктиду» от «Чертей»?

Если подумать, то можно найти и другие, совершенно аналогичные противоречия в определении «существования» - само непосредственное понимание мира говорит о том, что «существование» - функция сразу двух аргументов: и объекта и субъекта. А вот положения материализма говорят о том, что это неправильно.

Между тем предложенный ранее взгляд на мир (если угодно - «философская модель») не имеет такого противоречия. Если Мир состоит из явлений «субъект взаимодействует с объектом», то для «существования» необходимо присутствие именно обеих сторон. Если хотя бы одной стороны этого взаимодействия нету, она отсутствует, то и другая сторона - «не существует».

Само «существование» в этой модели становится тем, чем оно и является — не абсолютным состоянием (в чём именно состоянием?), но процессом. Есть «процесс существования» - явление, длящееся во времени и как раз и состоящее в том, что происходит взаимовлияние субъекта и объекта. При этом совершенно неважно понимаются ли «субъект» и «объект» категориально или индивидуально-объектно. Например, бытовая фраза «для него не существует X» как раз и утверждает, что явление X индивидуально-объектно не воспринимается конкретным наблюдателем. А потому именно для него и не существует. Т.е. на уровне непосредственного восприятия Мира здравым смыслом у нас всё верно и никаких противоречий нет. Все названные выше противоречия — это противоречия доктрины, которая убрала из своей модели наблюдателя, доктрины материализма.

Остаётся только противоречие «существования Антарктиды». Но и оно — противоречие только кажущееся. В понимании человека, который ни разу не был в Антарктиде Антарктиды действительно не существует, как чувственного ощущения о ней. Но у него есть представление об Антарктиде, потому, что мы (люди) оборудованы «второй сигнальной системой» и можем обмениваться друг с другом абстрактными знаниями. «Ему сказали» что Антарктида — существует. Сказал это тот человек, который Антарктиду видел, для которого она-то существует в виде чувственного ощущения. Можно сказать, что именно наша способность обмениваться непосредственно абстракциями в отрыве от тех явлений Реальности, что эти абстракции порождает и придаёт совокупности отдельных людей категориальные свойства «Сознания» - достаточно, чтобы хотя бы один человек получил чувственные ощущения от Реальности и об этом могут узнать все остальные.


P.S. Некогда, давно, когда начинался этот блог, автор обещал одному из своих читателей обязательно довести блог до поста в котором бы объяснялось, каким образом получается, что «существование — зависит и от субъекта и от объекта». Этот пост написан выше. На этом своё обещание автор считает исполненным.

Формулировка концепции

Сделаем то, что объявлено в прошлом посте. Допустим, что «Я» и «не Я» находятся в одном субстанциальном кластере, т. е. что в какой-то самой-самой первооснове-первопричине они суть одно и то же. Что это за первооснова-первопричина мы не знаем. Это может оказаться материя, как это полагает материализм. Может оказаться и какой дух, как это считает идеализм. А может оказаться вообще нечто, не представимое при современном уровне развития индивидуальной психики и общественного сознания. В общем, встанем на позицию нейтрального монизма — существует нечто общее, чьим проявлением является «всё». Что из этого последует?

А последует вот что. Мы обнаружили, что «не Я» имеет отличную от «Я» природу или форму представления, но они — вполне изоморфны друг-другу. Т.е. если внутри «не Я» существует некое X, то и внутри «Я» существует то же самое X, только всего-лишь в другой форме представления. Ситуация в точности такая же, как на механическом заводе — если в цехе существует некая производимая деталь, то в заводском КБ существует чертёж на неё. Чертёж и деталь — разные явления, но они вполне соответствуют друг-другу. Если соответственно природе чертежа распорядиться им, то можно получить деталь. Если есть деталь, то определённым распоряжением с нею можно получить и её чертёж... При этом мы не можем не только сказать, «что первично» экзистенциально - деталь или чертёж, так мы не можем сказать даже «которое множество мощнее» - заключает ли в себе чертёж всё множество деталей, которые могут быть по нему произведены? Заключает ли в себе деталь всё множество чертежей, которые могут быть с неё сняты?

В этом вопросе существует также одно очевидное заблуждение. Кажется очевидным, что «первичен — чертёж», т. е. если существует гайка, то сначала нужно сделать чертёж гайки и лишь потом цех выпустит гайку в виде детали. А если посмотреть на ситуацию как непрерывный процесс? «Чертёж — гайка — чертёж — гайка...» Ничуть не хуже, чем «деньги — товар — деньги — товар...» Ведь и репликация ДНК — это непонятно, что именно. То ли это уже «изготовление гайки», то ли это ещё «снятие копии чертежа»? При том, что биологическое клеточное деление тоже может быть описано в терминах завода, производящего продукцию — клеточные структуры и вещества.

Поэтому, мы должны заключить, что на самом деле мы рассматриваем единое целостное явление, которое только в зависимости от некоторых условий представляется нам то, как «Я», то как «не Я». Не существует отдельных Сознания и Материи, «Я» и «не Я». Их раздельное существование — кажимость, примерно такая же, какая наблюдается в электромагнетизме — в зависимости от условий наблюдения электромагнитная субстанция проявляет себя то в виде электрического поля, то в виде поля магнитного. При этом эта субстанция не состоит из смеси этих полей и не может быть на них разделена. Она — целое, просто обладающее способностью взаимодействовать с окружающими предметами двумя разными способами. Встречает электромагнитная волна по своему ходу конденсатор — проявляет себя накоплением неравновесных зарядов на его обкладках. Встречает проводник — проявляет себя движением в нём зарядов. Поскольку проводник и конденсатор совместить в одно устройство невозможно, то довольно долгое время и казалось, что это — два отдельных самостоятельных явления. Но это — следствие не самой электромагнитной волны, а всего-лишь конструкции «условий, в которых электромагнитная волна обнаруживает себя».

Читателям, имеющим физическое или электротехническое образование автор предлагает помедитировать на тему самого механизма, физического явления, которым это проявление электромагнитной волны в веществе происходит на микроуровне. Вот, электромагнитная субстанция расталкивает заряды (электроны) по разным сторонам обкладок конденсатора, они скапливаются «потому, что дальше некуда течь», а наблюдатель на макроуровне фиксирует разность потенциалов на обкладках. Или, в случае проводника — та же самая субстанция тем же самым способом толкает заряды, только им как раз «есть куда течь», и наблюдатель на макроуровне фиксирует «направленное движение зарядов» - электрический ток. Но само-то взаимодействие того нечто, что мы называем «электромагнитным полем» с зарядами в веществе — совершенно одинаково, разны только его видимые проявления на макроуровне?

Это — в точности идея нейтрального монизма. Мы не знаем причины этого «электромагнитного поля». Явление, объект реальности, которые мы называем термином «поле» поле … только потому, что описываются математическим аппаратом называемым «поле». Доктрина такая, а не субстанция. Из какой субстанции это явление состоит в монистическом смысле — в настоящий момент неизвестно. Считается, что это нечто называется философской категорией Материя. Но это — всё, что нам известно об экзистенциальной сущности этого предмета. Хотя феноменологически свойства электромагнитного поля изучены хорошо и существует специальная математическая теория показывающая прекрасное совпадение с наблюдаемыми в реальности результатами опытов.

Так ведь и для того, что общепринято называется философской категорией Сознание экзистенциальная сущность известна не лучше. Всё знание, чем располагает человечество в настоящий момент по обсуждаемому предмету сформулировано в двух доктринах монизма — то ли Сознание есть форма существования Материи, то ли Материя есть форма существования Сознания. При том, что и само понятие «существования» в классической философии не определяется логически, а принимается в виде данности чувственного ощущения «Я — существую». Желающие убедиться в том, что это именно так могут сами попытаться дать логическое определение «существованию». Требований всего два — не сваливаться в рекурсию и не определять «существовать» через «быть», а «быть» - через «существовать». Любой, задумавшийся над этой задачей обнаружит, что её невозможно решить оставаясь в рамках общепринятых стереотипов. Но, парадоксальным образом, задачка имеет чрезвычайно простое решение, если от этих стереотипов отойти и определять «электричество через магнетизм, а магнетизм — через электричество».

Поэтому все те же самые рассуждения мы можем повторить и для того предмета, который мы рассматриваем сейчас. Нам ничего не известно о его экзистенциальной сущности, просто наш чувственный опыт всё время обнаруживает его существование в двух разных качествах — одно из них мы называем «Я», «Сознание» или «Психика», а другое - «не Я». В философии принято «не Я» называть Материей, но сдаётся, что это не совсем точная квалификация. В «не Я» может существовать и ещё что-то помимо этой самой Материи, во всяком случае без внимательного исследования структуры «не Я» отказывать в такой возможности нельзя. В данном месте изложения это рассуждение не очень уместно, но его основная идея проста — надо найти основополагающие свойства, которые отличают «Я» от «не Я» и сопоставить их между собой. Если не обнаружится ничего в остатке, который не сопоставляется - «не Я» состоит только из Материи.

С другой стороны, как мы обнаружили ранее, «Я» и «не Я» связаны настолько, что одно без другого в самом буквальном смысле «не существует». Большая часть нашего предыдущего изложения как раз и была посвящена объяснению, почему это так, почему представления об этом в доктрине материализма ложны.

Поэтому мы вполне можем предположить, что «Я» и «не Я» - качественно соотносятся наподобие векторов E и H в электромагнитной волне. В процессе бытия они непрерывно преобразуются друг в друга - «не Я» постоянно вынуждает «Я» строить представления о себе, в свою же очередь «Я» постоянно преобразует «не Я» в соответствии с теми представлениями, которые существуют у этого «Я». Плотная материальная природа производит изменения в тонкой информационной, которая, в свою очередь, производит изменения в плотной — и так по кругу в бесконечном числе циклов. Собственно, сам процесс «бытия» и может быть определён, как протекание этого цикла во всех частях рассматриваемого нами нечто. Если положить определение, что «объект реальности» есть некая часть нашего общего сейчас рассматриваемого нечто, то он «существует» лишь тогда, когда в нём или с ним возможен названный нами цикл — когда он сам может породить представление о себе в «Я» и когда «Я» может что-то сделать с ним в «не Я». Существование же самого «Я» в отрыве от «не Я» тоже невозможно — это психиатрически доказанный факт. Опыт сенсорной депривации довести до конца невозможно — лишённый ощущений мозг запускает внутри себя деструктивные процессы и в самом буквальном смысле «сходит с ума», т. е. теряет качества «Я». Поэтому существование системного «не Я» - обязательное условие существования столь же системного «Я». Это установленный психиатрией факт «данный нам в ощущениях».

Собственно, это всё — концепт в своей сущности сформулирован выше. То, что будет излагаться далее будет проверкой этой гипотезы в разных известных нам случаях, будет формулировкой точных определений понятий, объяснением парадоксов и т. д. Но философия — это сам способ смотреть на вещи, а вовсе не перечисление того, что в результате этого взгляда должно будет увидеть, как это принято в той же физике.

Субъект и объект

Поговорим об этом . Ранее было показано, как «философия» запросто «поверяется филологией». На самом деле — это уже очень много, это уже какой-то аналог «перекрёстной проверки» - если филология является «наукой», то и философия не может являться словоблудием. Тем не менее существует, по меньшей мере, ряд путаников которые вместо понятия, которое передаёт слово, оперируют самим этим словом и приходят к выводу, что смыслы у subject в филологическом понимании не совпадают со смыслами субъекта в понимании философском.

Итак, что же такое «субъект», отличается ли он от «сознания» или ранее ведённого нами в рассмотрение «Я»? У взаимодействия «Я ощущает не Я» две стороны, но, если припомнить позапрошлый пост, то обращает на себя внимание неравноправность этих сторон — в одной из них концентрируются все «постигаемые свойства», а другая, как бы мы ни старались сохраняет свою трансцендентность — глаз не видит самого себя и мы ничего не можем сказать про «Я», кроме того, что оно — существует (а это — и есть свойство трансцендентности). И это, как было сказано — свойство нашего восприятия, нашей природы. Получается, что непосредственным восприятием, в ощущениях, доставляемых органами чувств наше «Я» не в состоянии познать себя. Оно может совершить некое усилие абстрактного ума — поставить себя в процессе познания на место «не Я» и исследовать его «как препарат», но это будет совсем не эквивалентное действие — строго говоря мы не можем утверждать, что от такой перестановки «Я» осталось тем же самым явлением, что в нём не исчезли какие-то свойства (присущие ему именно потому, что оно стоит на месте субъекта) или что в нём не появились какие-то свойства (образовавшиеся именно из-за помещения его на место объекта). Мы не знаем так ли это, но, на всякий случай обращаем внимание, что перестановка не всегда коммутативна.

Ещё сложнее проблема выглядит в философской модели, в которой «Я» - не только не сводимо к «не Я» (и не переставляемо с ним), но оба являются имманентными друг-другу, т. е. в этой модели невозможно рассматривать «Я» и «не Я» порознь, в отрыве друг от друга. Напротив, они оба определяются через друг-друга и через возникающее между ними взаимодействие. Это взаимодействие часто называется «Отражение», так же как «Я» называется «Сознанием», а «не Я» - «Материей». Но ранее заявлялось, что эти названия — доктринальны, т. е. каждое конкретное истолкование общей модели может приписывать им какие-то собственные свойства, отсутствующие в другом толковании. Наша же задача — понять то общее, что существует в данном случае независимо от доктрин.

Звеном, которое помогает вытащить в понимание всю цепь в данном случае является то, что связывает «Я» и «не Я». Если вдуматься, то мы не знаем природы «не Я», но точно можем заключить, что «Я» от «не Я» отличаются и что то преобразование, которое мы называем «ощущениями» есть на самом деле «создание [не Я] в [Я]», т. е. это что-то такое, что каким-то образом преобразует природу «не Я» (условно назовём её «грубой») к природе «Я» (условно назовём её «тонкой») - «Я» не способно непосредственно воспринять природу «не Я», потому что они отличаются, затем-то и понадобилось это самое преобразование, которое мы называем «ощущениями». Будем полагать, что суть «ощущения» мы себе открыли [действительно открыли!] — это преобразование «не Я» из его нативного вида существования в тот вид, что доступен для восприятия «Я». Если это так, то можно заметить, что должно существовать и обратное преобразование — из природы «Я» в природу «не Я», каковая (природа «не Я») тоже не может непосредственно принять в себя возмущение порождаемое функционированием «Я». И такое преобразование - существует. Оно называется «деятельность». У «не Я» существует свойство «создавать ощущения», а у «Я» существует свойство «производить деятельность». Которое заключается в том, что в «не Я» вносятся возмущения (человек переставляет окружающие его предметы) причина которых (возмущений) находится в «Я».

Иными словами наша исходная модель начинает усложняться. Она уже не:

Я <=> Ощущения <=> не Я


а вдвое более сложное явление:

Я <= Ощущения <= не Я

Я => Деятельность => не Я


при этом и «Я» и «не Я» могут быть сформулированы относительно той связи, что их обоих соединяет. Но прежде чем начать формулировать совокупность свойств, которые присущи «Я» и «не Я» и тем самым определить их, хочется задаться вопросом — а что это за связь? В чём состоит это самое преобразование, которое мы называем «ощущение» в его самом-самом непосредственном, чувственном значении? Вот, например, в «не Я» есть «камень». «Я» поднимает его и отмечает, что «камень тяжёлый». Вот это «тяжёлый камень» есть внутри «Я» ощущение от того, что в «не Я» является «камнем» - это оно создаёт о себе такие ощущения. Мы должны заключить, что утверждение «тяжёлый камень» внутри «Я» это сущностный эквивалент того самого явления, что снаружи «Я» «является камнем». Но «явление камень» - это явление грубой (см. выше) природы, а заключение «тяжёлый камень» - явление тонкой (тоже см. выше) природы. Неуловимо тонкой, поскольку сколько бы раз мы ни сложили вместе утверждения «тяжёлый камень» они ни на йоту не приобретут тяжести того самого исходного явления, что является камнем.

Мы — живём в просвещённый век. Намного более просвещённый, чем тот уровень общественного развития, в котором действовали философы чью тему мы сейчас пытаемся понять. «Фотография» для нас не явление, а предмет и передача голоса по проводам не колдовство. И описанное выше преобразование мы совершенно уверенно назовём «физическое — информационное» - тот образ камня, что образуется внутри «Я» есть «информация», а сам камень снаружи «Я» - «физическое явление». Аналогично, для того, чтобы передвинуть камень с места на место в соответствии с тем образом, что привиделся «Я» нужно совершить преобразование «информационное — физическое». Физически это будет «совершить работу» и проч., но сама суть «деятельности» это именно вот такое преобразование — некоторого информационного образа в некоторое физическое состояние.

Можно подойти к этому явлению и с некоторой классической, канонической меркой. Скажем, можно противопоставить «реальное» «идеальному». И уже в этом качестве заключить, что «идеальное» имеет природу «информации», а «реальное» - природу того, что принято называть «физической материей». В любом случае суть не меняется - «Я» и «не Я» разделяет своеобразный «толмач», который переводит природу одного явления в природу другого и наоборот. И совершенно неважно, что этот толмач не существует в виде самостоятельного обособленного физического явления, что он встроен в явления другие, важна функциональная суть того преобразования, что производится.

Но... Из приведённого рассуждения следует, что «природа Я» - информация? А как же «моск», «биотоки» и прочая шняга «материализм»? На данной стадии нашего повествования мы не в состоянии продолжить тему именно в данном ключе, но сомнение это правильно — не постулируя ничего, отталкиваясь только от данных очевидного опыта мы (силою абстрактного ума, что, собственно, и составляет всю мощь философии) пришли к вполне конкретному выводу — природа «Я» и «не Я» разная, они не сводимы друг к другу и не взаимозаменяемы. Если допустить, что аксиома материалистической доктрины «Сознание — свойство Материи» истинна, то каким образом «материя» претерпевает преобразование в «информацию» надо объяснять, т. е. объяснять, как работает тот самый «толмач»? Когда речь идёт о телевизоре, то всю цепочку, каким образом излученная в пространство радиоволна приводит к формированию вполне конкретного образа на экране можно объяснить буквально по шагам. А в случае материализма существует ли такое объяснение? [существует, рассмотрим в соответствующем месте]

Критика материализма, как и критика идеализма, не входит в задачу данного поста, но мы запомним обнаруженное обстоятельство, чтобы вспомнить его позднее. Мы же движемся дальше — попробуем сформулировать свойства «Я» и свойства «не Я», чтобы дать им этими наборами свойств их определения.

Итак, природа «Я» - информация, оно в состоянии «воспринимать ощущения» и ответным своим актом «производить деятельность». Но вот каким образом «воспринятые ощущения» перекладываются в «производимую деятельность»? Попробуем зайти с другой стороны — рассмотреть «не Я» и его свойства. Они должны быть комплементарны («Я - не Я» - целостное явление, чьи части существуют только в нашем воображении, в реальности-то они неразделимы). У «не Я» существуют свойства «порождать ощущения» и «претерпевать изменения от деятельности». Как ему («не Я») это удаётся? Для большей понятности сформулируем задачу несколько иначе — если «Я» «совершает деятельность», то каким образом она «увенчивается успехом»? Конкретно, «Я» бросает камень. На основании чего этот «Я» рассчитывает попасть этим камнем в цель? Допустим, что бросание камня с данной скоростью и под данным углом — свойство «Я». Свойство чего «попадание камня в цель»? Свойство всё того же «Я» или «это [не Я] устроен по таким правилам»? Т.е. почему бросание камня под одним и тем же углом всегда будет приводить к попаданию в одно и то же место, а не в произвольно разные?

Вся предыдущая практика человечества на этот вопрос даёт вполне однозначный ответ — то, что мы называем «не Я» не произвольно. Оно — устроено по определённым правилам, оно — системно и (в известной степени) независимо от «Я». Скажем, кто бы именно ни бросал камень — если камень брошен под одним и тем же углом и с одной и той же скоростью, то он всегда попадёт в одно и то же место. Это — свойство не «Я», а как раз именно того «не Я» в котором «Я» действует. И эти правила — правила «жёсткие», т. е. «не Я» лишено возможности как-то «различать [Я] поштучно» и для одного «Я» (Иванов) проявлять одни свойства, а для другого «Я» (Петров) - другие. Оно вообще «не зависит от Я», т. е. оно «не знает» кто именно бросил камень — как только камень брошен, в действие вступают закономерности, свойственные камню, а не тому, кто его бросил. Это наблюдаемое явление в человеческом восприятии носит название «объективность» - независимость от субъекта, инициировавшего деятельность, зависимость только от того набора объектных взаимодействий, что этой деятельностью вызвана.

Однако, если мы под тем же углом посмотрим на «Я», то мы обнаружим совсем другие свойства. Во-первых, мы обнаружим, что на «Я» не действует та же самая жёсткость закономерностей — это «не Я» всегда приводит любой камень брошенный любым «Я» в одно и то же место, лишь бы параметры броска совпадали. «Я»-то как раз имеет возможность и выбирать конкретный камень из многих и бросать его в то место, в которое захотелось. «Я» не связано [столь же] жёсткими «законами броска камня», как «не Я». Более того, если в отношении «не Я» мы можем говорить о совершенно жёстких закономерностях как о «законах природы», которые просто не могут не выполняться, то в отношении «Я» мы вынуждены говорить о том, что «может быть всё, что угодно» - «Я» может захотеть так, а может захотеть этак. Если у «воды, предоставленной самой себе» есть только одна возможность «течь в самое низкое место», то у «Я, предоставленного самому себе» этих возможностей много больше одной — оно чем-то связано, но оно не связано так же неизбежно и фатально, как связана «вода». Грубо говоря, если для «воды» (это частный случай «не Я») нет вариантов — в наперёд заданном наборе «начальных условий» она может совершить только одно и то же действие, следующее из этих условий [и нет даже самой возможности чего иного, условия определяют всё], то для «Я» - нет самих предопределённых вариантов. Оно может совершить любое действие, в том числе — из одного и того же набора «начальных условий» в первый раз совершить действие X, во второй — Y, а в третий — Z. Есть какие-то ограничения, накладываемые физикой нашего мира, то нет никакой заранее установленной предопределённости, почему в одном и том же наборе исходных условий «Я» выберет X или выберет Y. Сравните это с поведением воды, которая жёстко всегда «вынуждена течь в низину», как только эта самая «низина» обнаружится.

Внутри «Я» нет ограничений той же самой природы, которая существует внутри «не Я», а внутри «не Я» нет того, чем оборудовано «Я» - возможность произвольно выбирать из X,Y и Z, отсутствие препятствий вести любую деятельность называется «свободой воли».

Подведём итоги. Свойствами «Я» являются его информационная природа, способность изменяться (изменять своё состояние) под действием информации, которая возникает в «не Я» (или во взаимодействии с «не Я» - мы точно не знаем этой границы), осуществлять деятельность и оборудованность «свободой воли». Последнее — очень важное замечание, потому, что сущность не обладающая свободой воли не является «Я» и не может быть названа субъектом. Фотоаппарат тоже из взаимодействия с объектом фотографирования умеет делать «информацию», но фотоаппарат — не субъект именно потому, что у него отсуствует свобода воли.

Свойствами «не Я» являются какая-то иная, неинформационная природа (подробно эту природу мы расмотрим в посте «Реальность»), способность изменять своё состояние под действием деятельности субъектов, способность порождать информацию о себе и отсутствие даже намёка на какую либо «волю» не говоря о её свободе. Объект в том понимании, которое имеем о нём мы — полностью пассивен и его поведение управляется «закономерностями» не оставляющими никакого зазора для «своеволия». В этом и состоит главный классифицирующий признак субъекта и объекта: имеющий волю, оборудованный волей — субъект, не оборудованный волей — объект. Субъект может выступать в качестве объекта — когда мы не рассматриваем его волевые качества, а пытаемся установить закономерности, которым подчиняется поведение испытуемого субъекта. А вот объект выступать в качестве субъекта не может просто по причине отсутствия нужных свойств.